Я не хочу тебя отпускать.

В тот день Лиза проснулась раньше него — не по будильнику, а просто так. В теле было ощущение медленного, ленивого покоя, как будто утро не торопилось начинаться. Она лежала, не двигаясь, прислушиваясь к дыханию Вадима, к каплям на стекле, к тишине, которая пахла теплом его кожи, ванилью и лёгкой сыростью за окном. Было странное чувство: будто всё на своих местах, и вместе с тем — как будто что-то тихо сдвинулось внутри этого привычного кадра. Чуть-чуть. Почти незаметно. Он перевернулся на бок и, не просыпаясь, обнял её за талию...

Переезд прошёл тихо, почти по-детски трепетно — как будто не мебель перевозили, а собирали мир, в котором она теперь будет жить. Мир с мягкими краями, отглаженными пледами, записками «поцелуй меня перед уходом» и горячим кофе в кружке, которая стоит именно там, где нужно. Вадим взял всё на себя. Он сам собрал коробки, нашёл грузчиков, распределил время. Накануне прислал ей фотографию книжной полки — на ней, среди его архитектурных томов, уже стояли её романы с заложенными уголками страниц. На кухонном столе, стоял букет ее любимых пионов: «Чтобы ты чувствовала — это твой дом», — написал он...

Она не собиралась туда заходить. Вообще-то Лиза в тот день никуда особенно и не собиралась — разве что в свой привычный, выцветший офис на конце длинной улицы, где облупленные фасады глядели пустыми окнами, а в швах тротуара стояли тяжёлые, застенчивые лужи. Она собиралась вовремя проснуться, вымыть голову, не подскользнуться на крыльце, не забыть документы и — по возможности — не расплакаться посреди утреннего совещания. Но утро, будто обиженное на весь город, выдалось капризным. Сентябрь подкинул...