Космический покой

Его распорядок жизни на корабле после всех этих событий не изменился. Он всё также вставал по утрам, готовил себе на пищевом принтере нехитрый завтрак и отправлялся на прогулку по запутанному лабиринту...

Так прошли три года. С каждым месяцем доктор становился всё более раздражительным. Он перестал следить за собой. Ходил с трёхдневной щетиной, в заляпанном едой и кофе халате. Рукопожатие доктора снова...

И первое время они с доктором жили достаточно мирно. Доктор даже поселился в соседней с ним каюте. И вечером, лёжа в своей жёсткой постели, перед тем как заснуть, он слышал оттуда шорох, — это не спал доктор, пил свой любимый кофе, чашка за чашкой, чашка за чашкой...

Он проснулся от того, что мелкой дрожью вибрировали переборки корабля. Явно ощущалось, что звездолёт набирал ускорение. И он сразу понял, что череда мрачных событий, начавшихся на станции, перекинулась...

Ещё тревожило то, что детектив с каждым днём всё больше и больше пил

Уже через пару дней он знал весь распорядок жизни на станции. День здесь начинался часов в девять утра, короткой планёркой у доктора, после которой каждый отправлялся к себе: планетолог — в обсерваторию, наблюдать в телескоп за Ио, мастер буровых установок — в ангар, ремонтировать бур, а доктор закрывался в кабинете. Общих завтраков, обедов и ужинов на станции заведено не было. Здесь имелась небольшая кухня-автомат, и каждый ел, когда хотел. Так что за целый день на станции можно было не встретить ни единой живой души...