Вампиры, зомби и прочая нечисть

Настойчивый звонок в дверь нарушил тишину, и Петр сильнее натянул на голову плед, пытаясь удержать обрывки сна. — Петя! Ты дома?.. — послышался за дверью взволнованный юный голос. И воображение немедленно нарисовало образ невысокого светловолосого паренька. В вырезе рубашки с двумя расстегнутыми пуговицами — тонкая мальчишеская шея, на которой отчаянно бьется жилка… Доставка на дом. Перт зажмурился, мысленно качая головой. Только идиот станет следить в собственном доме. Да и не мальчик уже, который...

Звонок получился сбивчивым, неуверенным. От волнения, а может, от зябкого озноба, вызванного крупными каплями дождя и порывами северного, по-осеннему холодного ветра, рвущего кроны берез за окном. Под тапочками Владимира тихо скрипнула половица паркета, и в царство мрака проник робкий лучик света. Тихонько застонав, Надя натянула на голову синтепоновое одеяло, подбирая ноги, подтянула колени к слабо вздымающейся груди, оберегая остатки тепла, еще сохранившиеся в исстрадавшемся теле. Владимир негромко заговорил с гостем, вкрадчиво, умело подбирая слова...

Проснувшись, Игорь вытер рукой слезы, струящиеся по щекам. Да, он хотел все вспомнить, но не думал, что это окажется так больно, в полной мере осознать, чего лишился. Заново пережить те ужас и боль, которые Лука заботливо спрятал от него, страдания души и тела. Рахмиэль… неудивительно, что Лука дал ему другое имя, ведь называть себя так, подобно смерти для них обоих. Телом владела слабость, и он встал, чтобы подкрепиться. Он понимал, что спаситель вымотан и потерян. Именно поэтому они пришли сюда,...

Чем дальше он уходил, тем сильнее становилось желание вернуться. Не следовало ему оставлять свое сокровище у чужих людей. Тот факт, что им известно кто они на самом деле, серьезно беспокоил его. Как и то, что если преследователи не купятся или решат подстраховаться и разделятся, те люди вряд ли обеспечат ангелу должную защиту. Олег вздохнул, разворачиваясь. Другого выхода не было... Он ждал их у развилки, расположившись на широкой ивовой ветке, простершейся над тропой. Не прошло и получаса, как под ним прошли двое: оборотень и человек...

Игорь чувствовал себя прескверно. После всплеска эмоций, отнявшего много сил, навалилась дикая слабость, тело сковал холод до покалывания в кончиках пальцев ног и рук. Но это было скорее привычно, главное, что он снова причинил боль тому, кто сделал для него столько, что он вряд ли сможет когда-нибудь уплатить этот долг. Обидел, допустив мысль, что Олег мог так с ним поступить... Почему? Почему он так добр к нему, неблагодарному? Но время вопросов и ответов закончилось. Олег больше не был настроен откровенничать, отвечая односложно и неопределенно...

Они все шли и шли едва заметной звериной тропой к цели, известной лишь Олегу. Тот молчал, думая о чем-то своем, и Игорь тоже помалкивал, отчего-то чувствуя себя виноватым. Но он же не навязывался брату, правда? Тот сам, первый соврал об их родстве… — Олег, — позвал он, сделав усилие, назвав оборотня по имени. — У меня желудок сводит. Тот остановился, оборачиваясь, и выражение недовольства вынужденной остановкой стерлось. Сжалился над спутником. Оставив на крохотном островке, свободном от кустарника и корней, исчез в чаще, чтобы спустя полчаса вернуться с дохлым кроликом...