Семейный АД: родители, быт и мужское равнодушие

— Тоня, разливай чай, мы с пацанами дрова привезли! — заорал брат с крыльца, будто я ему уже по-гроб обязана. — Какие пацаны? — спросила я, встряхнув ложкой. — Ну, Серёга с Витьком, ты ж их знаешь. Они недельку тут перекантуются, не возражаешь? — А если возражаю? — Ха! — он махнул рукой. — Не трепи нервы, сестрёнка, места всем хватит. Я тяжело выдохнула: ещё утром мечтала о спокойной субботе — дождик по крыше, кружка какао, книга. Вместо этого мои бережно высаженные астры уже топтали чьи-то берцы...

— Ты не слышала? Я сказал, надо нарезать картошку тоньше! Анна вздрогнула от неожиданности и выпрямилась, сжимая нож. Перед ней на столе лежала гора овощей, а за спиной стоял её будущий свёкор — высокий, худой, с усталым взглядом. В его голосе звенело нетерпение. — Извините… Я отвлеклась, — выдавила она, стараясь говорить спокойно. — Да что уж там! — отмахнулся он, присаживаясь на табурет. — Ладно, режь как режешь. Видно, что не приучена к порядку. Эта сцена произошла за пару недель до свадьбы, когда Анна ещё гостила в доме Дмитрия, своего жениха...

— Ну и где этот оболтус? — Светлана вцепилась в плечо мужа мёртвой хваткой, пальцы её дрожали, как осиновый лист. — Только не говори, что ты опять наклюкался, как свинья! — Подожди, Света, дай голову поднять, — Игорь с трудом разлепил свинцовые веки, морщась от безжалостного света. — Ты что, уже вернулась? Тебя же только через три дня должны были выписать. Или у меня крыша совсем поехала? — Выписали раньше, — она сглотнула горький комок в пересохшем горле. — Врач сказал, что я пошла на поправку, как на дрожжах...

— Гляди-ка, опять автобусы переполнены, да? — с укором протянул мужчина в просторном кожаном плаще, стоявший рядом с Алиной на остановке. — Ага, как назло, — тихо ответила она, кутаясь в шарф. — Такое чувство, что весь город разом решил домой возвращаться. Она старалась говорить спокойно, но внутри всё клокотало от холода и раздражения. Промозглая осенняя погода хлестала по щекам, дождь потихоньку накрапывал, норовя залезть за ворот куртки, а ветер обжигал ледяными порывами. Алина думала лишь об...

— Ты опять уставилась в пустоту, как будто там сокровища зарыты, — Сергей поставил чашку с чаем на стол и бросил на Анну внимательный взгляд. — Да я просто задумалась… — она машинально поправила локон за ухом, краем глаза заметив, что он прищурился. — Знаешь, мне тут пришло сообщение от одноклассников: у них встреча будет, мол, «круглая» годовщина выпуска. — Ну и? Чего ты тогда такой вид делаешь, будто тебе в пятнадцати километрах от дома колесо пробило? — он усмехнулся, протянул руку, пытаясь коснуться её пальцев, но Анна отдёрнулась, словно боялась разболтать тайну...

Лиза аккуратно поставила горячую кастрюлю на плиту, от которой шёл аромат лаврового листа и едва уловимого сладковатого запаха специй. Она всегда любила готовить, но в последнее время делала это скорее по привычке, чем по вдохновению. За её спиной с лязгом упала вилка. Она не вздрогнула, лишь застыла на мгновение, а затем наклонилась, подняла её и отнесла в мойку. Секунду помедлила, глядя на потёки воды на металле, и словно сама себе тихо сказала: — Снова… В этот момент Кирилл, сидевший за столом, шумно выдохнул и пододвинул к себе пустую чашку...