Бумеранг всегда возвращается|Истории

– Ты пахнешь старостью. Корвалолом и печеными яблоками, – Виктор брезгливо поморщился, затягивая ремень на впалом животе. – Я пахну домом. И уютом, – спокойно ответила Галина. Она сидела в кресле, накинув на плечи пушистую шаль. На кухне действительно пахло корицей и яблоками. В духовке румянилась шарлотка для внуков. Галине было шестьдесят два. У нее были серебристые волосы, которые она не закрашивала, мягкая сеточка морщин вокруг глаз и спокойный, глубокий взгляд человека, который больше никуда не спешит...

– Ты опять надела этот бесформенный кардиган. Ты выглядишь, как моль, – Роман брезгливо поправил галстук перед зеркалом. – Мне в нем тепло, – спокойно ответила Нина. Она стояла у гладильной доски. Пахло горячим паром, влажной шерстью и свежезаваренным чаем с чабрецом. Нине было сорок два. У нее были мягкие черты лица, морщинки в уголках глаз и руки, которые умели успокаивать любую боль. Она не колола ботокс, не носила бренды с огромными логотипами. Зато к ней всегда тянулись люди. Соседи заходили «на минутку» и оставались на час, потому что рядом с Ниной становилось легче дышать...

Часть 1. Запах чужой жизни и фальшивая тишина – Опять тарелки бьют. Даю им месяц, не больше. Разведутся как миленькие. Сорокапятилетняя Тамара самодовольно отпила остывший чай. На ее кухне пахло хлоркой, заветренным печеньем и дешевыми духами, которые так любила ее соседка и главная подруга по сплетням Лариса. – Слышишь? Опять орет, – Тамара приложила пустой стеклянный стакан к стене. Оттуда, из квартиры Кати и Максима, доносился звонкий женский голос и густой мужской бас. – Точно разбегутся. Жить в таком аду невозможно...

Часть 1. Запах опилок и холодный расчет – Фу, от него воняет мышами! Выкинь эту мерзость сейчас же! Тридцатичетырехлетняя Инна брезгливо пнула пластиковую клетку носком дорогой туфли. Из клетки пахнуло кедровыми опилками, дешевым кормом и животным страхом. Внутри, забившись в угол, дрожал крошечный сирийский хомяк Фунтик. Девятилетняя Даша упала на колени, закрывая клетку худенькими руками. – Мамочка, пожалуйста! Я помыла поддон! Он не воняет, он хороший! – Я сказала – на помойку! – голос Инны сорвался на визг...

Часть 1. Запах лака для волос и гудки в телефоне – Мам, ты сожжешь платье! Восемнадцатилетняя Алина смотрела, как мать водит раскаленным утюгом по нежному шелку выпускного платья. Светлана не отрывала глаз от экрана смартфона. Она печатала сообщение одной рукой, второй вслепую гладила ткань. В просторной, дорого обставленной квартире пахло горячим паром, лавандовым кондиционером и нервным напряжением. – Я отвечаю инвесторам, Аля. Это важно, – бросила мать, не поднимая головы. – Важнее, чем дыра на моем платье? Светлана резко отдернула утюг...

Часть 1. Запах корицы и обесценивание – Ты пахнешь кухней и скукой. А мне нужна энергия. Олег бросил ключи на стеклянную тумбочку. В просторной прихожей резко запахло дорогим, тяжелым мужским парфюмом, перебивая теплый, домашний аромат корицы и яблочного пирога. Тридцатидвухлетняя Марина стояла в дверях кухни. На ее руках были следы муки. – Ты задержался на четыре часа, Олег. У нас сегодня годовщина, – тихо сказала она. – Годовщина чего? Десяти лет твоего сидения на моей шее? – муж усмехнулся. В его голосе сквозило ледяное пренебрежение...