Песчинка в его ладони

Прежде чем Али успел вымолвить хоть слово, Хали подошел и ласково положил руку ему на плечо. "Не стоит смотреть на Машу сквозь призму предрассудков, мой друг," – мягко произнес он. "Она лишь проявила доброту, наполнив мне горячую ванну, что самому мне уже не под силу. И даже добавила несколько капель твоих личных масел, чтобы хоть немного облегчить мои старческие боли. Доверься своему сердцу, Али. Оно знает истину." Али, словно пораженный громом, опустил руки, недоверчиво глядя на Хали. "Просто наполнила ванну?" – прошептал он, чувствуя, как волна стыда обжигает его изнутри...

В одном из грузовиков перевозили медикаменты, в остальных – базовые продукты, которые становилось все труднее достать в отдаленных племенах из-за затянувшейся войны. Али, молодой шейх, надеялся, что этот гуманитарный конвой, предназначенный для народа Канифа, станет жестом доброй воли, который поможет сгладить острые углы в назревающих переговорах и, наконец, положит конец этой бессмысленной и кровопролитной вражде. Али и не помнил толком, когда началась эта война. Кажется, еще до смерти его отца, когда он только-только вступил в должность шейха...

Мужчина в ответ на укоризненный тон Майи лишь скривил губы в холодной усмешке. – Майя, я не мальчишка, чтобы ты меня отчитывала, – процедил он с натянутой улыбкой, в которой чувствовалась фальшь. – Все в порядке, просто немного споткнулся. Не стоит драматизировать. Маша, наблюдая за этой короткой перепалкой, почувствовала, как ледяной комок страха сжимает её сердце. Необъяснимая тревога внезапно захлестнула её, лишая воздуха. Она невольно отступила на шаг, силясь унять дрожь, пробиравшую до костей...

Минут через десять Маша почувствовала усталость в глазах и, вздохнув, закрыла книгу. Едва успела подумать о том, чтобы немного отдохнуть, как заметила какое-то движение в дальнем углу комнаты. Её взгляд невольно упал на женскую фигуру, склонившуюся над камином. Девушка старательно оттирала копоть, покачивая бедрами в такт движениям. В голове Маши мелькнула дерзкая мысль: интересно, как это – ощущать эти бедра в своих руках, прижать к себе и… Она резко тряхнула головой, отгоняя наваждение. Девушка потянулась к верхним углам камина, слегка повернувшись к ней...

Машу пробрал озноб, словно ледяная рука коснулась ее сердца. Голос дрожал, когда она спросила: "Что значит, мне больше не нужно беспокоиться о том, что я русская?" "Все просто, Маша. Вы совершили преступления против нашего народа. Чтобы избежать международного скандала, ваше правительство с готовностью отказалось от вас, передав все права на шейха Али. Он великодушно даровал вам гражданство Барраука. Теперь вы одна из нас." "Как… как они могли?" – прошептала она, чувствуя, как мир рушится вокруг...

Маша проснулась от ощущения песка в глазах. Она попыталась потереть их, но почувствовала, что ее руки связаны трубками и бинтами. Она попыталась их сорвать, но ее остановила молодая девушка в белоснежном халате и чепчике. – Нельзя, – сказала девушка, качая головой. На ее юном лице появилась хмурая складка. Маша, растерявшись, попыталась приподняться, но не смогла даже оторвать голову от подушки. Девушка положила руку ей на плечо и снова покачала головой, но на этот раз мягко улыбнулась, держа в руке пульт дистанционного управления...