Светлая комната на краю города

В каком–то смысле Мария тоже оказалась вне времени. Ей нужно было переосмыслить прошлое. И найти свое место в будущем. Она пока не хотела уезжать из этого городка, но не хотела оставаться и в гостинице, где – волею судьбы – уже всем было известно о ней слишком многое. Мария сняла квартирку. Одна–единственная светлая комната на окраине городе. Студия. – Я купила ее для сына, – сказала хозяйка, – А он еще школьник. Пока выучится – годы пройдет… Я буду рада, если вы задержитесь здесь надолго. Денег меньше, чем посуточно сдавать, зато спокойнее...

…Теперь они ходили по городу вместе. По его улочкам… Некоторые из них были вымощены булыжником – и с тех пор не нашлось ничего прочнее ему на смену. Так он и лежал. Борис и Мария забирались на ближние к городку вершины – невысокие, густо поросшие лесом. И там непременно ожидал Марию какой-нибудь сюрприз. Борис клал ее руку на камни, с виду неприметные, поросшие мхом. – Посмотри, как ровно они лежат… Это остаток крепостной стены. Пятый век…Крепость и должна была стоять на возвышенности, чтобы те, кто защищал ее – издали видели врагов, чтобы сподручнее было им обороняться...

Есть города, которые исцеляют душу. Одни из них производят столь яркое впечатление, что его можно сравнить с сильнодействующим лекарством. Другие действуют столь мягко, исподволь, что лишь спустя время замечаешь – тебе вдруг стало легче… Тот городок, куда приехала Мария, был весьма своеобразным. Длинной лентой он тянулся перпендикулярно горам. Там, возле гор – была сравнительно оживленная жизнь. Гостиницы, кафешки и магазинчики. Туда стекались альпинисты, любители скалолазания, горных лыж – и просто туристы...

– Надо увидеться, – сказала Мария. – Давай, – согласилась Ирочка. – Не у нас. Я не хочу, чтобы он знал, что мы говорили. Не закрывая глаз – Мария увидела Ирочку, очень ярко. Увидела, как та усмехнулась. Мол, береги, береги его… пусть вам обоим будет больнее. У Марии уже готово было сорваться: «Давай в кафе». Но в последний миг она резко осадила себя. Мария была не уверена, что справится с лицом, увидев Ирочку. Что не заплачет, не закричит, не сорвется… Что Ирочка – в свою очередь – не разыграет сцену...

Может быть, если бы Виктор по природе не был «спасателем», не вышло бы у них ничего. Он не только лечил, он умудрялся утешить, ободрить, внушить спокойствие и чувство уверенности даже самым тяжелым больным. На глазах Марии он убеждал девушку, боявшуюся операции и того, что долго потом не сможет встать на ноги: – Ну что ты, я же буду рядом, я помогу… Мария сама не надеялась, что когда-нибудь станет прежней. Из «пси хушки» ее отпустили, тоже не внушая больших надежд, посоветовав только регулярно пить назначенные таблетки и снабдив на дорогу банальной истиной: – Всякое в жизни бывает...

Может быть, потому что прежде не было ничего подобного, никаких балконов с намеком на суи цид – до конца этой проклятой смены они обращались с Ирочкой с подчеркнутой вежливостью и старались удовлетворить все ее желания. Между собой Андрей и Мария не говорили о том, что Ирочка ведет себя просто невозможно, что отдых пропал, и все трое мечтают вернуться домой, где каждый сможет хоть немного расслабиться. Это подразумевалось. Только Андрей как-то заметил негромко, споласкивая кофейные чашки: – Наверное, она сама от себя до чертиков устала...