Пшеница для жизни.

Эшелон. 1–4 августа 1942 года. Станция Торопец — город Горький. В ночь на пятое августа за нами пришёл состав. Я услышала гудок издалека . Протяжный, низкий, как вздох. И сразу забегали, засуетились наши сопровождающие ...

Линия фронта. 31 июля – 1 августа 1942 года. Подступы к станции Торопец. К вечеру проводники вернулись. Их было двое , партизаны из соседнего отряда, знавшие эти леса как свои пять пальцев. Старший, бородатый дядька с обветренным лицом, подошёл ко мне, развернул карту...

Обстрел. 30 июля 1942 года. Река Межа. Мы вышли к реке к полудню. Я узнала её по карте . Межа, приток Западной Двины. Неширокая, но быстрая, с илистыми берегами. За ней лес, а за лесом, говорили партизаны, уже наша земля...

Голод и жажда. 28–29 июля 1942 года. Водораздел. На шестой день кончились сухари. Катя подсчитала остатки утром, когда я раздавала пайки. Её лицо было серым не от усталости, от понимания.

Тени в небе. 27 июля 1942 года. Опушка леса. Нас нашли на четвёртый день. Утро началось тихо , слишком тихо. Даже птицы не пели. Я сидела у догоравшего костра, перебирая в памяти маршрут. До линии фронта оставалось ещё больше ста километров...

Болота. 25 июля 1942 года. Непролазная трясина где-то между Духовщиной и Торопцом. Болота начались на третий день. Я знала, что они будут. Батя предупреждал: «Все пути заняты немцами. Только болотами»...