Выжить любой ценой

31 марта 2016 года она собирала вещи в дорогу, через несколько дней у нее день рождения, ей исполнялось 72. Энн решила сделать дочери и внукам приятное. Появиться на пороге без предупреждения. Все подобные сюрпризы устроены одинаково: человек, их готовящий, искренне верит, что делает подарок. На самом деле он устраивает маленький эксперимент над другими. Об этом своём решении Энн не сказала никому. Это была её идея и её тайна. И это, как выяснится позже, была её первая ошибка. Энн Роджерс не была обычной 72-летней бабушкой...

Джессика произнесла это в десятый раз, одновременно завязывая дочке слюнявчик и проверяя, всё ли взяла. — Если к полуночи нас не будет — звони в спасательную службу. Её мать кивнула. Она слышала эту фразу много раз. Они всегда возвращались раньше полуночи. Спенсер уже сидел в машине, мотор работал, на заднем сиденье лежало оборудование. 11 августа 2018 года, в субботу, в 08:00, они уехали к ледяной пещере недалеко от дома. Годовалая дочь осталась на крыльце с бабушкой. Она махала рукой. Через несколько часов они будут отчаянно искать выход, но этого они пока не знали...

В зале вылетов сиднейского аэропорта Ричард Касс сидел на пластиковом стуле и смотрел в одну точку. У него был билет в Лондон, рейс через два часа. Куртка пахла дымом и хвоей. В рюкзаке лежала фотография сына, которую он показывал волонтёрам, полицейским, журналистам, продавщицам в придорожных кафе — всем, кто хотя бы на секунду задерживал на ней взгляд. Где-то в Голубых горах, на повороте малозаметной тропы, он своими руками сложил из камней маленький памятник. Без имени. Он уже смирился, что тела не будет...

Трое мужчин лежали в темноте и молча думали об одном и том же: как избавиться от четвёртого. Не выгнать. Не отсадить. Избавиться. Выбросить тело за борт, в ледяную черноту Тихого океана, и никогда об этом не говорить. Единственное, что отделяло их от решения, не мораль, не закон, не страх наказания. Просто никто не решился сделать это первым. Имя того четвёртого никто никогда не назвал. Ни в интервью, ни в книгах, ни в полицейских протоколах. Он остался безымянным, то ли из остатков мужской солидарности,...

Вода поднималась беззвучно. Между камнем и водой — узкая полоска воздуха, в которой помещались семь человек. Ни плеска, ни журчания, просто чёрная гладь, которая сантиметр за сантиметром съедала пространство. Николя Виолан лежал на надувном плоту и смотрел вверх. Ему еще не было двадцати. Первая ночная экспедиция. Первое настоящее приключение в жизни. И, возможно, последнее. «Почему в самом начале жизни я должен умереть здесь?» — думал он. Рядом молчали ещё шестеро. Они знали эти подземелья и именно поэтому молчали, они понимали, насколько всё плохо...

Нил Паркер лежал в воде на дне водопада и смотрел на сломанную ногу так, как смотрел бы на чужую. Спокойно. Профессионально. Потому что двадцать лет в спасательных службах научили его одному: паника убивает быстрее переломов. Он пошевелил правой рукой — работает. Правая нога — тоже. А вот вся левая сторона тела не подчиняется. Рука сломана выше запястья. Нога — выше лодыжки. Телефон упал в воду вместе с ним. Булькнул и исчез. Связи в горной долине не было и до этого, но сам факт остаться без телефона превращал плохую ситуацию в очень плохую...