Книга "Ночная встряска"

В предыдущей части: События далее... Вдруг из-за угла дома выскакивает худенький мужичонка. Странный немного. Скачет так, будто еще минуту назад был он оборотнем в ночи, а не человеком. И только с приходом первых солнечных лучей принял прежний облик. Машет мужичонка руками с криками: – Ах ты, зараза такая! Моська неугомонная! Отстать от хороших людей! Псинка, словно почуяв недоброе, немного затихает. Децибел зловещего, пусть и визгливого рыка, опасливо понижает. Прыть задиристая и гладиаторский настрой, которыми только что хвасталась псинка-задира, в мгновение куда-то улетучиваются...

В предыдущей части: События далее... Ольга всё не унимается. Так уж ей хочется вынести свой модный приговор, да еще в угадайку поиграть. Да только когда у тебя нет детей, ты с мультфильмами не особо дружен. И нужно сильно поднапрячься, чтобы вытащить из дальних уголков памяти некогда знаемое. «Печкин! Надо же, вспомнила. Сумка один в один, как у Печкина. Хм… Странная претензия на моду. И эти джинсы? Ну и прикид… Мне не понять». И тут взгляд Ольги опускается так низко, что в поле зрения попадают бесформенные бутсы...

Апельсины Эпизод, случившийся за несколько лет до ночной встряски …Творится дикий ужас. Ольга судорожно поджимает к груди руки, в которых болтается разорванный полиэтиленовый пакет. Голова, как у столетней черепахи, вжата в плечи по самые уши, а глаза, затеявшие светопреставление, моргают с эффектом фотовспышки. В какой-то момент сомкнуться, что ресниц не видно, а то вдруг округлятся лунным пятаком в ночь полнолуния. Того и гляди, монстр-оборотень из-за угла выскачет. Ещё чуть-чуть и вырвется у Ольги крик душераздирающий...

В предыдущей части: События далее... «А я и не знала, что способна так со словами играть, – размышляет она. – Неужели, что бы сделать подобное открытие надо страдать?..» Она все глубже и глубже уходит в мыслительное философствование, которое постепенно приобретает стихотворный ритм: …Так прекрасна и одинока Бесконечность шелковой ночи – Где спокойно и безмятежно Направляет безликий кормчий… За окном начало светать. Одухотворенность моментом стёрла всякие границы, а разбушевавшееся воображение рисует уже совершенно новые картины...

В предыдущей части: События далее... И она не выдержав, крикнула, – крикнула просто, в никуда, в кромешную ночную тишину. – Всё! Хватит! Всю душу вымотал... – Ольга негодует. Она злится, – злится на себя, на Потапова, и, вообще на весь мир. И жалеет, – жалеет свою жизнь, безвозвратно уходящее время, и себя, несчастную, которая в этот вечер, наивно пологая, что пришел момент откровений, устраивает как ненормальная дефиле с нарядами, создавая атмосферу для примирения. А получает в ответ – тишину, –...

В предыдущей части: События далее... Неприятный осадок остался темным пятном в душе Ольги, – закралось сомнение, что пьянство Потапова, всего лишь прикрытие, – прикрытие чего-то нехорошего. «Неужели у него другая? – думает сейчас Ольга. – Другая женщина, другие отношения… А почему тогда пьет как сапожник? Неужели, кто-то еще, кроме законной супруги, будет терпеть пьяное безобразие мужчины? Конечно же, нет. Это только мы, жены, молчим и сопим…» Так, самоанализ довел Ольгу до подозрения, будто это она сама провоцирует пьяные загулы супруга...