В пятнадцать лет, с первой зарплаты я купила себе куклу. @ Кукла красииии-ивая! Новая! В упаковке! В бальном платье, с шёлковыми волосами! Блестит и сверкает! Не просто кукла — Барби. Одно из лучших воспоминаний того периода жизни! Зарплату мне выдали настоящую, на моей серьёзной работе! Я — санитарка в фельдшерско-акушерском пункте, разношу градусники, мою полы. (И по-секрету: я настолько хорошо, аккуратно и добросовестно делаю своё дело — мне уколы доверили! В настоящий шприц, из настоящей ампулы набирать настоящее что-то там, что прописывает опытный врач. И настоящему человеку ставить! Я в команде! Меня ценят, доверяют! Меня выбирают! И я делаю это хорошо. Мне нравится! Работа ответственная, настоящая, за неё — зарплата. А мне пятнадцать. И вот передо мной, на витрине, Барби! Я её давно вижу, мимо хожу. Мечтаю! Планирую и передумываю! Оправдываю себя и снова передумываю... Но сейчас что-то детское, недополученное, игрушечное побеждает. Прямо сейчас! В этот самый момент. На второй план отходит всё. И тягостный неустроенный быт. И то, что в семье ни денег, ни пропитания. Дыр в бюджете больше, чем сам этот бюджет бывал в лучшие времена... Есть на что пустить эту первую мою зарплату. Рационально! Полезно! Семье — какое-никакое подспорье! Но вот стою я, перед притягательной витриной. По сути, ещё маленькая девочка — перед своей мечтой. Зарплату эту в руке сжимаю кинематографично. Перед куклой... А она — кукла эта... она стоит в витрине, в коробке! В платье розовом, расшитом бусинами! Волосы длинные, пшенично-золотого цвета, волнистые, рассыпались по задней стенке и оттого ещё привлекательнее, и платье, и бусины, и вся кукла!.. Смотрит на меня глазами своими, ярко-нарисованными. Прямо в глубину души... Туда, где на полочке в самых дальних закоулках пылится коробка с моим детством. Лет с пяти-шести лежит — недвижимая! Перевязана потрёпанной ленточкой (так спокойнее). Мою жизнь не прожить с распакованным детством. Надо быть взрослой! А поток этот, от куклы, льётся и льётся! Будто та самая пыльная ленточка на коробке сама развязывается. И детство моё — недопрожитое, тёплое — растекается елеем по внутренней стороне моего защитного панциря. По тому самому, который никого к нежному, мягкому внутреннему моему не пускает... Трудный момент! На весах — взрослое решение о детской забаве или подмога семье. Детство победило. Я меняю почти всю зарплату на это нежное чувство, которое распаковывается вот этой длинноногой, красивой, модной куклой! Барби моя! Сейчас я по-другому живу. Быт устроен, дом уютный, и я люблю это всей душой. Но я всегда помню то чувство. Сладковато-стыдливое, нерациональное. Чувство, когда ты сам сбываешь свою мечту, но уже в следующую секунду оглядываешься, считываешь осуждающие взгляды и ищешь оправдания, или укоризну: «Ну, я же могла не тратить на неё деньги... Баловство и прихоть, а можно было…» С этим чувством я ещё не полностью рассталась. Но учусь. Учусь быть себе и мерой, и разрешением. Чтобы та самая коробка на полке души больше не пылилась в ожидании, а была слегка приоткрыта. Чтобы золотистый свет от неё всегда был где-то рядом. Я к этому иду. Возможно, и вы идёте — если читаете эту книгу. Путь не лёгкий, но вместе справимся! Скоро.
1 месяц назад