Хайку: не совсем Басё

юки-но асита хитори кара дзакэ о ками-э-тари Зябко и одиноко. В снежное утро смог бы Я пожевать немного Старой сушеной воблы. Еще одно стихотворение, встроенное в хайбун, синтетическое прозаически-поэтическое произведение. Басё тесно в семнадцатислоговых рамках хайку и он выносит смыслы в прозаическое предисловие. Попробуем сперва перевести это предисловие. Текст внешне похож на классическую «китайскую» литературу. Богач ест вырезку, герой довольствуется корешками, я же беден. Дословно у Басё «богатый человек» ест мясо в узком смысле, как мышечную часть, явно лучший сорт при разделке туши...

cиба-но то ни тя во коноха каку араси кана В дверях в жилище бедном Листву я замечаю, Притащенную ветром — Как вовремя для чая! Стихотворение интересное, но, на наш взгляд, его историческая ценность выше поэтической. Басё (он еще не назвался этим именем) нам сейчас не важно по каким причинам бросает устроенную жизнь в Восточной столице (Эдо) и переезжает за реку в хижину отшельника. Хайку — по сути прощание поэта с прошлым. И оно вплетено в состав хайбуна, поэтическо-прозаического произведения (такого слова тоже еще не существует, Басё изобретет его много позже)...

оно-дзуми я тэнарау хито-но хай дзэсэри Угля́ и туши чернота — и те, Что О́но нам давал издре́вле. Учится люди могут грамоте — Черта́ми на истлевшем пепле. В первой строке стихотворения сложная конструкция: [оно-дзуми]. И часть [...дзуми] мы уже встречали в хайку №85. Это озвонченное [суми], «уголь». А [оно...] тогда — топоним, место, откуда уголь привозят. О́но (провинция Ямасиро, ныне префектура Киото) снабжал японскую столицу древесным углем в качестве топлива. Завершается первая строка «режущим...

идзуку сигурэ каса во тэ ни сагетэ каэру со Вроде сухо, хотя Вон смотрите, монах Тащит зонт свой в руках Мокрый весь от дождя. Текст не требует каких-то биологических или культурологических справок для понимания, можно сразу начинать читать. Мы и начнем. [идзуку] — неопределенное вопросительное слово: «откуда», «куда», «где», либо неопределенное указательное местоимение: «где-то», «везде» и т. п. А вот дальше изюминка. Иероглиф, который должен читаться [харэй] и означать «ясную погоду» или «прояснение...

гу андзуру ни мэйдо мо каку я аки-но курэ Сдается мне, что эта осень И этот сумрака приход На адский мрак походит очень, Имхо. Сразу хочется отметить, что окончание хайку, его третья строка, [аки-но курэ] полностью совпадает с третьей строкой предыдущего стихотворения. Поэтому можно долго не разглагольствовать, а просто повторить, что у этого выражения может быть два прочтения: «осенний вечер {/сумерки}», либо «поздняя осень», а скорее всего, оба смысла сосуществуют одновременно. Басё переиспользует строки, а мы переиспользуем перевод...

карээда ни карасу-но томаритару я аки-но курэ На ветви высохших крон, Увидев в них свой бивак, Спустилась стая ворон, Как поздней осени мрак. Это не просто известное стихотворение Басё. Это первый ( по дате написания) великий шедевр. Всё, что было написано до, можно относить к начальному творческому периоду. С «Вороном» же приходит мастер. Ему 37 лет и где-то именно в этот период он принимает имя Басё, под которым и обретет бессмертие. И сразу маленькое отступление о «сиюминутности» и «мимолетности» жанра хайку...