Наследие Джона Константина

Ночь в приюте всегда наступала слишком рано. Не потому, что за окном быстро темнело, а потому, что сами стены будто втягивали в себя свет, оставляя после отбоя лишь серую, неподвижную полутьму, в которой каждый звук становился громче, чем должен был быть. Скрип половиц, шорох простыней, далёкий кашель за стеной — всё это жило собственной жизнью, словно приют не засыпал никогда, а лишь менял дыхание. Виктор лежал на узкой железной кровати и смотрел в потолок. Сон не приходил. После того случая в...

Приют Святого Адриана стоял на окраине города, словно забытая всеми каменная рана, которую никто не решался закрыть. Снаружи он выглядел как старое церковное здание, пережившее пожар, наводнение и десятки лет равнодушия. Потемневший кирпич, облупившиеся стены, узкие окна с мутными стеклами и высокие железные ворота создавали ощущение, будто это не приют, а место, где людей не воспитывают, а дожидаются, пока они сломаются. Внутри было не лучше. Коридоры пахли влажной штукатуркой, дешёвым мылом, старой...