Осколки

Эпилог Белизна потолка была уже знакомой. Сначала размытая, как сквозь воду, потом все четче и четче. Запах антисептика, мягкий шелест занавески у окна, мерный писк монитора где-то рядом. Элис медленно моргнула, возвращаясь в свое тело...

Глава 10. Холод металла стола прожигал кожу. Гул оборудования сливался с нарастающим гулом в ее собственной голове. Он больше не был ровным океанским прибоем. Он превратился в яростный, сжатый шторм, бьющийся о внутренние стены ее черепа...

Глава 9. "Остров Света" оказался местом неестественной, почти стерильной красоты. Автобус привез их на пристань, откуда на закрытом катере с бесшумным двигателем их доставили на берег. База представляла собой комплекс современных, но стилизованных под дерево коттеджей, рассыпанных среди сосен...

Глава 8 Две недели пролетели с непривычной, почти обманчивой скоростью. Тревожное ожидание, которое сначала сковывало каждый мускул, постепенно сменилось настороженным привыканием. Никто не подбрасывал записок...

Глава 7. Дни в больнице пролетели в странном, размытом ритме. Между визитами уставшей, но неожиданно заботливой тети Марты, процедурами и тишиной. Тишиной, которая была теперь не пугающей, а наполненной. Элис ловила себя на том, что может часами лежать, прислушиваясь к этому новому внутреннему гулу. Он был похож на отдаленный шум океана, мощный, но управляемый. Стоило сконцентрироваться, и он отступал, оставляя лишь кристальную ясность мыслей. Ее выписали с рекомендацией избегать стрессов. Ирония была горькой...

Глава 6. Боль в руке была якорем, приковывавшим ее к реальности. А реальность заключалась в том, что в палате стоял инспектор Варгас, и его молчание было громче любого допроса. Элис встретилась с его взглядом. Карие глаза, уставшие и пронзительные, изучали ее без осуждения, но с железной настойчивостью. Он ждал. В тишине палаты слышалось лишь ровное шипение капельницы. И что-то еще... тихий, глубокий гул, исходящий от него самого. Не мысли, а скорее фон - решимость, усталость, сдержанный гнев. Ее новая, обретенная тишина внутри оказалась чувствительной не к словам, а к намерениям...