Жертвенная любовь Книга 2

Солнце, словно спелый апельсин, медленно опускалось за горизонт, окрашивая небо в оттенки персика и малины. Маниса, город, утопающий в зелени и ароматах, готовился к своему вечернему преображению. Воздух,...

Карета, украшенная искусной резьбой и золотой инкрустацией, плавно остановилась у массивных, величественных главных ворот дворца Топкапы. Тяжелые створки, повидавшие века истории, медленно распахнулись, пропуская внутрь долгожданную гостью...

Госпожа сидела у изголовья Айше Кадын, гладя ее по голое. Хюррем уже потеряла счет времени. Казалось, что прошла целая вечность. Воздух в покоях был тяжелым, пропитанным запахом трав и тревоги. — Дочка, все будет хорошо. Я найду виновного. Клянусь своей жизнью - повторяла она По щекам жены Халифа текли слезы. Она редко позволяла себе показывать чувства так открыто. Но сейчас ей было плевать на осуждения со стороны придворных. Ташлыджалы мчался в покои Шехзаде. Как только ему сообщили, что Хюррем Султан желает его видеть, он сразу же бросил свои дела...

Ночь вступила в свои права. Луна освещала сад, а звезды мерцали, словно миллионы бриллиантов. Дворец Манисы давно спал, только вот Мустафа не мог уснуть. Он стоял на балконе, задумчиво глядя в даль. Шехзаде думал о своем будущем. Если трон унаследует он, то все изменится. Мустафа будет править твердой рукой, чтобы отец и мать гордились им. Но закон о братоубийстве... жесток. Он по закону обязан казнить своих братьев и их детей, если таковы будут. Холодный ночной воздух трепал полы его кафтана. Шехзаде поежился, но не двинулся с места...

Хюррем Султан сидела за столом в покоях мужа, разделяя с ним трапезу. Султан Сулейман, обнимал свою Госпожу, кормя ее сладостями — Сулейман, прошу, перестань. Я уже не могу - смеясь, говорила Хасеки — Хюррем моя, еще один маленький кусочек. Ради меня - умолял Халиф — Ты у меня такая худенькая Султанша притворно нахмурилась, но глаза ее смеялись. Она знала, что муж обожает ее румянец, и звонкий смех. Прошло почти двадцать лет, а Падишах ве также боготворит свою Хюррем, и эта любовь, эта безраздельная власть над сердцем любимого мужчины, пьянили ее не хуже самого дорогого вина...

*Зима 1539 года* Хюррем Султан сидела на тахте, укутавшись в соболиную накидку. За окном царила зимняя сказка: белоснежные хлопья медленно кружились в воздухе и мягко ложились на землю, превращая дворцовый сад в волшебное царство. Несмотря на лютые морозы, Хасеки Султана не тревожилась за горожан — она лично распорядилась обеспечить всех нуждающихся пропитанием и тёплыми вещами. Тишину покоев нарушил лёгкий стук в дверь. В комнату вошёл Гюль‑ага. Евнух почтительно склонился перед своей госпожой...