Рассказы 50-99 тысячники

— Я тебя засужу! — выкрикнула мать. — Давай! Начинай! — ответила Лариса. Она не волновалась. Документы были оформлены по всем правилам. Мать снова явилась трепать ей нервы. В квартиру Лариса её не пускала, но мать выкрикивала угрозы через дверь, с лестничной площадки, и стучала кулаками по двери. Она называла дочь преступницей, воровкой, нечестно присвоившей чужое имущество. Можно было вызвать полицию, но Лариса не решалась: всё-таки это была её мать. А соседи предпочитали не вмешиваться. «Семейные...

— Да то, что ты мне переводишь, это крохи, как на них жить… — Я перевожу? — удивилась Арина. — А Вера? А Глеб? — Давай не будем считаться, и закончим этот беспредметный разговор, — заявила мать. — Очень даже предметный! Сейчас я позвоню им и выясню всё! — сердито заявила Арина. — Не надо, Арина! — Надо! Мать попыталась отнять у Арины телефон, а потом, не справившись с этой задачей, махнула рукой и села на диван со словами: — А… Ладно… Делай, что хочешь… *** — Нет, Матвей, ну ты представляешь?! Такая наглость, — кипятилась Арина, рассказывая мужу об инциденте...

— Да ты ещё ко мне на коленях приползёшь, — проговорил Матвей, с презрением глядя на Иру. — Не дождёшься… — Зaжpaлaсь ты, Ирка, и чего тебе только не хватало? — вставила свои три копейки Настя, сестра Матвея. Мать же Матвея молчала, но смотрела на Иру так, что было видно: думала она точно также. «Пусть думают, что хотят!» — решила Ира. Несмотря на мнимое благополучие их совместной жизни, никто и ничто не могло повлиять на её твёрдое решение развестись с Матвеем. *** — Да ты человеческую жизнь спасла! И может, даже не одну, — горячо проговорила подруга Иры Людмила...

— Инна Ивановна, вы бы хоть постучались! — проговорила Алёна, натягивая одеяло до самого носа. — Я? В своём доме я буду стучаться? Ты, девочка, обнаглела… Пашка! Надевай штаны, мне надо помочь, с антресолей кое-что достать, — заявила Инна Ивановна и удалилась. — Прямо сейчас? — недовольно буркнул Павел, держа в руках свои штаны и поворачивая их, пытаясь определить, где перед. Но мать уже не слышала, что он сказал. Алёна сердито перевернулась на бок и накрылась одеялом с головой. — Ну, Алён… Ты это… Не расстраивайся так… — неловко попытался утешить её муж...

— Замолчи! Надоела! — закричал Антон. — Встретимся в суде! — Ну-ну… — саркастически произнесла Тамара, скрестив на груди руки. — Посмотрим, как у тебя получится. — Получится, не сомневайся. Я всё для этого сделаю, — мстительно пообещал Антон. Четырёхлетний малыш Кирюша стоял, держал в руке своего любимого игрушечного динозаврика и расширившимися от ужаса глазами смотрел на родителей. Хоть он ничего не понимал из их разговора, но каким-то чутьём почувствовал, что дело плохо. Он начал всхлипывать и шмыгать носом, а потом не удержался и заревел во весь голос...

— Без наследства тебя оставлю! Перепишу на чужую тётку, будешь знать, — сказала Ольга Ивановна и победоносно посмотрела на дочь. Вика молча поднялась и вышла из дома. — Тьфу, тряпка… — с некоторым разочарованием произнесла Ольга Ивановна, когда за дочерью закрылась дверь. — Вся с Славку. Ни рыба-ни мясо. Вика даже не знала, была ли когда-то замужем её мать, Ольга Ивановна. Мать не посвящала её в эти подробности, а вопросы на эту тему с самого раннего Викиного детства грубо пресекала, и потому девочка больше не решалась их задавать...