Отдельные статьи

– Ты же понимаешь, я плачу алименты исправно, значит, имею право знать, куда ты возишь моих детей, – голос Максима в трубке звучал так, будто он озвучивал очевидную истину. – Это не обсуждается. Я держала телефон у уха, стоя в прихожей, и в который раз чувствовала, как во мне закипает то, чему я никак не могла подобрать точное слово. Меня зовут Елена, мне тридцать девять лет, мы с Максимом развелись двенадцать лет назад, когда сыну Диме было три года, а дочери Соне – всего год. Максим действительно...

– Людмила Николаевна, вы же понимаете, у нас режим, нельзя вот так внезапно приезжать, – Кристина держала дверь приоткрытой ровно настолько, чтобы я видела прихожую, но не могла войти. – Позвоните заранее в следующий раз, хорошо? Я стояла на пороге с пакетом яблочных пирожков, испечённых специально для внуков, и в очередной раз кивала, соглашаясь на правила, которые сама никогда не устанавливала. Меня зовут Людмила, мне шестьдесят четыре года, у меня два внука – Мише десять лет, Ане семь. Их мама, моя невестка Кристина, ей тридцать три года, замужем за моим сыном Артёмом уже одиннадцать лет...

– Настенька, ну ты же у нас самостоятельная, тебе помощь не нужна, – мама разливала чай, даже не поднимая глаз. – А Серёже надо помочь, у него семья, дети. У меня, если что, тоже семья – муж и дочь, только об этом за родительским столом почему-то каждый раз забывали. Меня зовут Анастасия, мне тридцать девять лет, брату Сергею – сорок два. Мы выросли в одной семье, но с самого детства родители относились к нам по-разному: Сергею доставались новые вещи, мне – поношенные от соседской девочки; на его секции родители находили деньги всегда, на мои кружки – через раз...

– Ну подвинься уже, не жадничай, – Зинаида Викторовна махнула рукой в сторону моей машины, припаркованной, как всегда, у самого края разметки. – Одно место на двоих, ничего страшного. Место было моим по документам, оформленным ещё пять лет назад, но спорить с соседкой по лестничной клетке в восемь утра, торопясь на работу, у меня не было ни сил, ни времени. Меня зовут Марина, мне тридцать четыре года, я живу в одном доме с Зинаидой Викторовной, ей шестьдесят три, уже одиннадцать лет. Пять лет назад...

– Переведи как обычно, до вечера, – Андрей даже не поднял глаз от телефона. – Мне сегодня за кредит платить. Я молча открыла приложение банка и перевела на его карту сорок тысяч рублей – всю свою зарплату за минусом пяти тысяч, которые он же и оставлял мне «на текущие расходы». Меня зовут Ольга, мне сорок один год, мужу Андрею – сорок четыре. Мы женаты двенадцать лет, и все двенадцать лет моя зарплата уходит на его карту в день начисления, потому что «так удобнее считать общий бюджет». Сам Андрей свою зарплату – а получает он почти вдвое больше меня – никогда на общий счёт не переводил...

– Наташ, ты же дома сидишь, тебе несложно, – Светлана уже надевала куртку в прихожей, пока её пятилетняя дочь снимала обувь у меня в коридоре. – Я на два часика, максимум на три. Три часа растягивались обычно на пять-шесть, но спорить в дверях я не стала. Как обычно. Меня зовут Наталья, мне тридцать шесть лет, у меня двое своих детей и работа на удалёнке, которую я подстраиваю под расписание садика и школы. Со Светланой мы дружим с институтской скамьи, пятнадцать лет, и всё это время я была для неё бесплатной няней «по дружбе», как только у неё появлялись срочные дела...