Придуманные истории из реальной жизни

Наталья, 35 лет, не боялась ни начальников, ни перемен, ни штормов на море. Но у неё была тайная слабость — её дом был тропическим лесом. Семьсот горшков, семьсот зелёных жизней: алоказии тянули к свету лакированные щиты листьев, фиалки цвели пушистыми шапками, а бугенвиллии плели багряные водопады. Она знала каждый новый листок, каждый корешок, и её сердце сжималось, когда кто-то из них «грустил». Её муж Лёша, архитектор с руками пианиста, смотрел на эту экспансию с мягкой грустью. «Наташ, а где жить нам?» — шутил он, протискиваясь между стеллажами к обеденному столу...

Анна смотрела в окно вагона, за которым проплывали бесконечные снежные просторы. Крайний Север оставался позади, а с ним — и четыре года её жизни с Марком. В руках она сжимала маленький свёрток, который дала ей соседка по купе — пожилая женщина с глазами цвета полярной ночи. «Это Бернгиш», — сказала та. — «Он для тех, кто заблудился между «хочу» и «надо». Возьми. Назови его «Полярный день». Анна развернула свёрток. На ладони лежал вязаный шар. Одна его половина была тёмно-синей, как ночное небо за Полярным кругом, с серебристыми блёстками-звёздами...

Дождь стучал по подоконнику московской квартиры, а Максим перечитывал сообщение, которое ждал пять лет. Нет, не ждал. Уже перестал ждать. «Привет! Слышала, ты в Москве. Хочу увидеться...» Подпись — Катя. Та самая. Та, что когда-то сказала ему, что он высокомерный, после того как он узнал про другого. Та, что выбирала между ними, пока он не сделал выбор за неё — ушёл, хлопнув дверью. Пять лет. Он переехал в столицу, прошёл путь от рядового специалиста до руководителя отдела. Приобрёл уверенность, научился ценить себя...

Настя стояла у окна, глядя на спящего в кроватке годовалого сына. В руках она сжимала телефон с тем самым сообщением на форуме, которое написала час назад. «Помогите разобраться...» Звучало так беспомощно, а ведь всего год назад она была уверена, что их семья — эталон счастья. Первый крик прозвучал через неделю после возвращения из роддома. Она не могла поверить: этот человек, который прежде носил её на руках, теперь замахивался на неё из-за просьбы принести стакан воды. А малыш... малыш прижимался к ней и плакал, глядя на отца испуганными глазёнками...

Мария стояла перед зеркалом, примеряя пятое за вечер платье. «Слишком стараюсь. Интересно, впишусь ли в этот раз», — вздохнула она, снова останавливаясь на чёрном, строгом варианте. Сегодня день рождения подруги — хотя, после прошлой вечеринки, остались ли они подругами? После того вечера прошло три недели, а Лена так и не ответила ни на одно сообщение. И пригласила сегодня, кажется, только для галочки.  Всю жизнь у Маши складывались странные отношения с женщинами. Она восхищалась подругами, которые ходили друг к другу на чай, вместе водили детей в театр, поддерживали в трудную минуту...

Анна стояла у окна, глядя на спящий город. За спиной посапывал в кроватке трёхлетний Егорка — снова с температурой, снова сад отменён. В руках она бессознательно сжимала телефон. Последний разговор с мужем был краток: «Задерживаюсь. Командировка». Опять. Пять лет брака. Три года материнства. И чувство, будто она попала в ловушку, стенки которой смыкаются всё теснее. Муж Денис нашёл работу мечты — интересную, денежную. Но график 6/1, а то и без выходных, плюс внезапные командировки. Она оставалась одна...