Жабьи страшилки

"11 ноября Больничный коридор. Тусклый свет ламп. Обшарпанные стены. И вонь... Эта вонь. Будь проклят мой чувствительный нос, что даже во сне ловит смрад человеческих выделений. Сколько ещё мне здесь находиться? Сколько ещё раз я должна сюда вернуться, чтобы это прекратилось? Изматывающие сны. Повторяющиеся. Ощущения слишком реалистичные: шум ламп, запах, звук скрежечущих петель старых кроватей. И крики пациентов. Обычно сон начинается с дверей. Двери старые, со ржавыми петлями, трудно поддаются открытию...

Лучший сарафан лежит на дне сундука. Сама его давеча расшивала золочёной нитью, да по красной ткани. Пришло ли время его надевать? Ну а отчего бы и нет? Хватит уже сидеть мышью в углу, пора показать себя. Закружиться с милёнком, закрутиться веретеном в центре большой избы, и чтобы все девки поняли сразу - быть свадебке. Выберет ли милёнок мою прялку, узнает ли? Узнает, коли не глупый совсем. Подсказала ему, шепнула на ухо, когда у колодца встречались. Шепнула, что прялка моя с цветком жёлтым посредине...

Я давно не бывала дома. Ну то есть как дома... Там, где прошла моя юность, где живёт моя мама. Я бежала от прошлого, но со временем начала понимать, что оно, как привязанная к ноге цепь, бежит следом. И следует принять его как часть своей истории, как то, что сформировало мою личность к тридцати годам. В общем, я давно не бывала дома. Мама приезжала каждый год с каждой из сестёр попеременно, поэтому тоска по ним не так сильно одолевала меня. Но сердце тянуло посмотреть, как ребята обустроили комнаты,...

Под ногтями снова кровь и грязь. Кое-где кожа ободрана по вторую костяшку, будто палец засунули в точилку и провернули пару раз. Как мне это надоело! Приступы участились, с двух раз в год до двух раз в месяц. А потом что, каждую ночь я буду просыпаться в крови и грязи, будто в могиле валялась? А всё началось ещё лет пять назад. Примерно тогда, когда без вести пропала моя мать. Нет, она не была идеальной и светлой, как в фильмах, но она всё же была моей матерью. Родной, тёплой, пропахшей дешёвым табаком и лавандой...

У меня всегда было очень острое зрение. И близко, и далеко я вижу одинаково хорошо. Могу фокусироваться на любом объекте предельно чётко, равно как и расфокусировать взгляд. Я чувствую свои глаза, умею ими управлять и пользоваться. И у меня никогда не было проблем с боковым зрением. Сегодня я вышла на работу пораньше. Солнце только встало и лениво потягивалось в хмуром небе. Птицы вопили, радуясь приближению вожделенной весны. Низкие серые тучи кружили хороводы, угрожая пролиться дождём (а может и снегом, чёрт их пойми в марте)...

Не припомню, чтобы у меня было такое чёрное пальто-шинель. Может быть, кто-то из друзей забыл? Ага, забыл и повесил прямо в гостинной. Крайне странно. А в рукавах что, перчатки? В вечернем сумраке сложно разобрать. Видны лишь очертания. Длинное чёрное пальто, из рукавов торчат пальцы... Жутковато даже как-то. Лучше не подходить, не трогать. Висит и висит. Или наоборот подойти? Убедиться, что это лишь ткань. Потрогать рукой грубую шерсть. Вытащить перчатку из рукава и посмеяться над своим глупым страхом...