Азия: Технологии и муравейник

Под ногами глухо и влажно хлюпал сгнивший паркет. Стопроцентная островная влажность и затекшая через выбитые окна дождевая вода превратили дорогой шерстяной ковролин в идеальную питательную среду. За два десятилетия забвения здесь сформировалась автономная экосистема: на полу вырос толстый, упругий ковер из зеленого мха, из которого прямо посреди комнаты уверенно пробивались дикие папоротники. По краям этого импровизированного палисадника сиротливо стояли нетронутые деревянные тумбы, кресла с потрескавшейся обивкой и старые японские кинескопные телевизоры, густо покрытые черным налетом плесени...

Фонарик на смартфоне выхватывал из глухой черной тишины идеально ровный, свежий асфальт, аккуратно подстриженные тропические газоны и бетонные стены огромного торгового центра. За стеклянными дверями не было ничего, кроме толстого слоя серой пыли и брошенных строительных мешков. Позади меня высилась сорокадвухэтажная башня Marina Forest — колосс из стекла и бетона, подсвеченный по периметру яркими диодными лентами. Настоящий памятник человеческим амбициям. Я остановился и поднял голову, чтобы рассмотреть окна нашего небоскреба...

Пасмурное, тяжелое небо висело над рекой так низко, что казалось, верхушки карстовых скал вот-вот проткнут эти плотные серые тучи. На палубе двухпалубного круизного катера было прохладно, термометр на телефоне показывал непривычные для тропиков +22 °C, а с воды дул резкий, пронизывающий ветер. Я сидел за деревянным столом под навесом, кутался в плотный флисовый плед, который предусмотрительно выпросил у стюарда, и меланхолично разглядывал welcome-drink — ядовито-зеленый коктейль в высоком стакане...

Сухой глиняный склон под ногами крошился, превращаясь в мелкую пудру, которая мгновенно забивалась в ремешки обуви. Правое колено настойчиво намекало, что горный хайкинг в шлепках — это худшее логистическое решение года. Воздух вокруг застыл, плотный и горячий, как в деревенской бане. Приборная панель скутера еще внизу, у подножия, показывала +37,5 °C. Здесь же, на вертикальной тропе к смотровой площадке Нам Ксай, казалось, что все сорок. — Тридцать минут штурма ради кадра, который все равно смажет предзакатное марево, — подумал я, хватаясь за железный поручень...

Джайсалмер встретил меня оглушительным, раскатистым ревом, от которого задрожали стекла в кабине джипа. Из-за близости военной границы с Пакистаном — до нее отсюда всего 100 километров — над городом один за другим на бреющем полете проносились боевые сверхзвуковые истребители индийских ВВС. Джайсалмер называют Золотым городам. В отличие от Синего Джодхпура, абсолютно все здания здесь выстроены из местного желто-коричневого песчаника, который на солнце отливает чистым золотом и медом. Я заселился в отель Jaisalmer Hotel Crowd с удивительно высоким для Индии рейтингом 9...

Спальный автобус из Мумбая высадил меня в Удайпуре в 8:30 утра. Водитель просто вытолкал меня из салона на пыльный пригородный асфальт, пока я пытался спросонья сообразить, где нахожусь. Удайпур — это город, зажатый между тремя крупными озерами. Историческая застройка здесь имеет грязный молочно-желтый оттенок, хотя в путеводителях ее упорно называют «белой». Цены здесь взвинчены в два-три раза по сравнению с Мумбаем из-за огромного потока европейских туристов. Полная коммерческая стоимость номера...