Отношения отца и сына

Почему дети теряют мотивацию к школе? 1. Биология и дофамин За мотивацию отвечает дофаминовая система мозга. Если учёба превращается в рутину с постоянными негативными оценками, мозг перестаёт воспринимать её как источник удовольствия...

История из практики семейного психолога с рекомендациями. Кабинет психолога Марины всегда пах кофе и спокойствием. Сегодня здесь сидела пара, которая выглядела так, будто их только что пропустили через центрифугу...

Лёшка знал, что такое «папины дела». Это была особая, почти мистическая субстанция, способная менять форму и плотность. В марте «дела» были похожи на квартальный отчёт, в апреле — на внезапную командировку в Екатеринбург, в мае — на необходимость срочно чинить машину соседа. А поход в горы, о котором они мечтали всей семьёй, всё откладывался и откладывался, превращаясь из реального плана в призрачную легенду. — Пап, ну в эти выходные? — в сотый раз спрашивал Лёшка, разглядывая на планшете панораму перевала Дятлова...

Субботнее утро началось не с пения птиц, а с барабанного соло по жестяному подоконнику. Дождь лил стеной, превращая привычный московский двор в акварельный этюд в серых тонах. Вода с шумом срывалась с крыши, образуя у подъезда мутные ручьи. Отец, Максим Викторович, заглянул в комнату сына. Лёха, двенадцатилетний подросток, уже не спал, но лежал, свернувшись калачиком и с надеждой натянув одеяло до самого носа. — Ну что, отменяем? — с надеждой в голосе спросил Лёха, глядя на отца из своего шерстяного укрытия...

В их доме слово «отлично» звучало как единственная валюта. Андрей Петрович, начальник смены на заводе, мерил жизнь сына линейкой и оценками. — Опять «удовлетворительно»? — Андрей швырнул дневник на стол. Бумага жалобно хрустнула. — Удовлетворительно — это для дворников, Игорь. Это клеймо. Это значит «кое-как». Ты хочешь быть «кое-как»? Игорь молчал, изучая узор на клеёнке. Ему было четырнадцать, и он чувствовал себя так, будто живёт под холодным, свинцовым небом. Дома всегда было пасмурно. Отец не бил его, не орал до хрипоты — это было бы слишком просто...

В доме Виктора Сергеевича, инженера-конструктора, всё подчинялось строгому распорядку. Подъём в семь, овсянка без сахара, ключи от машины на крючке. И дневник сына на кухонном столе по вечерам. — Опять? — голос Виктора Сергеевича звучал не громко, но так, что, казалось, вибрировали стёкла в серванте. Дима, вжав голову в плечи, смотрел в тарелку. Тройка по физике. Жирная, красная, похожая на клеймо. — Дмитрий, тебе через год в институт. Ты понимаешь, что без физики ты — никто? Дворник? Я всю жизнь горбом своим...