Ольга Рузанова

Даже в этот момент в глубинах души Натальи теплилась тонкая искорка надежды: все, что происходит, — не более чем иллюзия, хитрая постановка, ловкий маневр, задуманный для привлечения внимания или укрепления предвыборной стратегии Романа. Однако слова мужа — человека, который теперь почти полностью превратился в ее прошлого спутника, — отозвались болезненным эхом, вспыхнув ожесточенной раной, разливающей жгучую боль по всему ее существу. Даже ребенок, словно почувствовав тревогу матери, слегка пошевелился внутри, выражая свою безмолвную поддержку...

Поднимаю взгляд к светофору и внезапно слышу рев мотоцикла, приближающегося сзади. Оглядываясь в боковое зеркало, пытаюсь увидеть всадника на железном коне и обнаруживаю знакомый черно-серебристый шлем Ильи Абрамова. Кто же, если не он, может нарушить тишину этого знойного города так дерзко?.. Он сбрасывает газ и тормозит рядом с моим открытым окном, заставляя меня испуганно окунуться во внезапную ситуацию. Я мгновенно оглядываюсь по сторонам, чтобы убедиться, что никто не видит наше странное стечение обстоятельств...