Моя природа. Погода за окном и в душе

Я сижу на скамейке в Летнем саду. Март в этом году выдался на удивление светлым: солнце греет по-весеннему, небо высокое и чистое. Снег уже сошёл, обнажив влажную чёрную землю и прошлогоднюю листву, слежавшуюся за зиму...

Февраль заканчивается. За окном серо и уныло, а я листаю фотографии в телефоне и никак не могу оторваться. Вот Игнат, смешной, в кепке набекрень, с пригоршней красной земляники. Ладошки все в соке, а глаза счастливые-счастливые. Вот мы на катамаране, он крутит педали изо всех сил, чтобы быстрее доплыть до кувшинок. А здесь он сосредоточенно сидит у барной стойки, смешивая коктейль на мастер-классе. А вот этот кадр на закате — вид из нашего окна на озеро. Легкая рябь озера, темные контуры деревьев, и потрясающее небо! Мне тогда не спалось, вышла на маленький балкончик и замерла...

Ну вот, опять. Проснулась, глянула в окно — и хоть обратно под одеяло. Метёт... Февраль на исходе, а зиме всё неймётся. Снег сыплет мелкий-мелкий, как мука. Не хлопьями, а какой-то белой пыльцой, что ложится тихо, незаметно, но за ночь всё затянуло...

Вчера у нас было солнце. Настоящее, яркое, которое не пряталось за тучками к обеду, а висело в небе с утра и до самого вечера. И, о счастье, я наконец-то приезжаю на работу, и уже — светло! Казалось бы, подумаешь, свет. Ан нет. Всю зиму я сажусь в автобус ещё в темноте. Темноту эту разгоняют только светящиеся вывески магазинов, жёлтые пятна фонарей да свет фар встречных машин. Едешь, уткнувшись носом в воротник, смотришь на тёмные улицы, на фигуры, которые, как и ты, спешат неизвестно куда, и кажется, что этому не будет конца...

Заглянула в календарь — первое марта будет в воскресенье. В детстве я всегда обводила важные даты кружочком. Казалось, если обвести, то и случится что-то особенное. Теперь не обвожу. В моём возрасте пора бы уже знать, что чудеса по расписанию не случаются...

Каждое утро я выныриваю из теплой пучины сна, как подводная лодка, которой срочно нужно на поверхность, а там – шторм. Темнота за окном густая, съедобная. Если бы её можно было намазать на хлеб, она хрустела бы, как иней. Я выхожу из дома, и мой двор встречает меня как старый, слегка заскучавший сторож. «А, это опять ты, – словно говорят сонные фонари, щурясь жёлтыми глазами. – Ну что, побежала?» Я не бегу. Я бреду. По тропинке, которую за ночь снова засыпало. Уверена, что где-то под этим снегом...