Культ "Круг Альзоха"

Первое, что он почувствовал — жжение песка. Обжигающие частицы касались кожи, впивались в потрескавшиеся губы. Картер медленно открыл глаза, и бесконечная желтая пустыня встретила его безмолвным взглядом. Где Хранилище? Где чудовищная битва? Где Виктория и её призрачный силуэт? Он попытался подняться, ощущая невыносимую слабость. Тело казалось чужим, словно побывало в огне и было собрано заново. На запястьях кратким призраком проступили тёмные линии — едва заметные, почти стёртые, но настолько знакомые, что сердце сжалось болезненной судорогой...

Реальность трещала по швам. Кристаллы в центре зала пульсировали болезненным светом, отбрасывая на стены искаженные тени, что двигались вопреки законам физики. Картер ощущал, как сама ткань пространства истончается под напором существа, рвущегося из разлома. Первым появился глаз — если это вообще можно было назвать глазом. Переливающаяся радужная сфера размером с человеческий рост, внутри которой клубились созвездия и туманности. За ним потянулись щупальца, состоящие из чистой тьмы, поглощающей свет...

Воздух в Хранилище стал плотным, словно пропитанный древней пылью веков. Картер медленно шёл по извилистому коридору, где каждый его шаг отдавался гулким эхом, отражаясь от стен, покрытых переплетающимися барельефами. Узоры на них казались живыми — то ли из-за игры теней от его фонаря, то ли от той странной силы, что теперь текла по его венам. Темные линии на руках пульсировали, словно чернильные вены, наполненные древней магией. Иногда они вспыхивали, создавая причудливые узоры, похожие на карты звездного неба...

Хранилище дышало по-другому. Воздух стал густым, вязким, как запекшаяся кровь. Темные линии на руках Картера превратились в сложную карту теней, которая пульсировала в такт невидимому ритму древних механизмов. - Здесь что-то изменилось, - прошептала Виктория. Её пальцы скользили по стенам, оставляя еле заметные блики света. Барельефы вокруг них начали двигаться, фигуры жрецов словно оживали, поворачивая головы в их сторону. Картер почувствовал странное напряжение. Пространство вокруг них становилось плотнее, как будто сам воздух сжимался в тугую пружину...

Коридоры Хранилища дышали холодом древности. Каждый шаг Картера отзывался глухим эхом, словно они двигались сквозь легкие каменного исполина. Виктория шла впереди, её пальцы скользили по стенам, оставляя еле заметные блики света – следы прикосновения к символам, которые проступали из-под слоев пыли и времени. Картер чувствовал, как что-то чужеродное разливается по его венам. Но это были не вены – темные, почти чернильные линии медленно ветвились под кожей, напоминая корни древнего дерева. Они двигались, пульсировали, словно живые...