Год без него

В декабре выпал снег — густой, настоящий, такой же, как в январе. Я шла на работу пятого числа и остановилась у лип. Тех самых — вдоль проспекта, где в январе лежали белые валики на ветках, где в сентябре ветки были жёлтыми. Теперь снова белые. Толстые, аккуратные, как будто кто-то выложил специально. Я стояла и смотрела на них. Год назад — почти день в день — я шла здесь же и думала: красиво. Просто красиво, без хвоста. Это была первая такая мысль — моя, без чужого участия. Я её запомнила. Сейчас думала то же самое...

В сентябре созрели томаты. Не все сразу — по одному, по два. Сначала один куст, потом второй. Я заметила первый покрасневший плод в начале месяца, в пятницу утром, когда поливала. Просто стояла с лейкой и смотрела. Маленький, размером с крупную вишню, тёмно-красный, почти бордовый. Я его сорвала. Съела прямо у подоконника — тёплый, сладкий, с тонкой кожицей, которая лопнула на зубах. Немного кислый в самом конце. Потом долго стояла и смотрела на куст. В марте я купила четыре горшочка с маленькими зелёными росточками...

В июне я купила купальник. Казалось бы — ничего особенного. Обычная покупка, обычный июнь. Но я стояла в примерочной торгового центра и смотрела на своё отражение, и думала: последний раз я покупала купальник шесть лет назад. Тот был тёмно-синим, практичным, «на все случаи». Он выбрал его со мной — сказал, что этот лучше, и я согласилась. Сейчас перед зеркалом висело семь вариантов. Чёрный — классика, ничего лишнего. Тёмно-зелёный — красивый, но как-то не моё. Полосатый — нет. Белый — практически нет...

В марте я купила рассаду. Не потому что планировала. Просто шла мимо цветочного рынка на Тимирязевской, увидела стойку с маленькими горшочками у входа, остановилась. Продавщица — женщина лет пятидесяти, в фартуке поверх пальто — спросила: — Что берёте? — Не знаю, — сказала я честно. — Никогда не выращивала. — Томаты простые, — она указала на крайний ряд. — Берите «Черри». Не капризные. Сто двадцать рублей горшочек. Я взяла четыре горшочка. Дома поставила на подоконник в кухне. Посмотрела на них. Четыре маленьких зелёных росточка в тёмной земле...

Он ушёл в воскресенье, восемнадцатого декабря. Не со скандалом. Собрал два чемодана и большую сумку, вызвал такси, сказал: прости. Я стояла в коридоре и смотрела, как он надевает пальто. Пальто было новое — купил в ноябре, серое, с широким воротником. Я тогда помогала выбирать. Дверь закрылась. Я услышала лифт. Осталась стоять в коридоре ещё минут десять. Потом прошла на кухню, поставила чайник. Ждала, пока закипит. Налила кружку, поставила на подоконник, смотрела во двор. Он уже уехал — такси давно скрылось за поворотом...