Наглые соседи

Подружки мои родные, вот сижу на кухне, пью сладкий чай с бубликами и думаю: если бы кто-то раньше сказал мне, как обернётся эта история, я бы не поверила. А ведь всё началось так банально — с мокрого пятна на потолке... Я — Ирина. Сорок три года, дважды мама и однажды — почти счастливая жена. Живу в Москве, в обычной пятиэтажке на улице Куусинена. Дом старенький, с характером: скрипучие подъезды, пахнущие краской лестничные клетки, дворник дядя Коля, который всех знает по имени. Мою квартиру я любила всем сердцем...

В первый раз она пришла за солью. Постучала — тихо, как будто не уверена. Я открыла. Стоит — в халате, босиком, с щенком на поводке и глазами, как у брошенной героини сериала. — Прости, не вовремя, знаю… У меня соль закончилась. Не дашь щепотку? Я дала. Соль. Улыбку. И — старт. Она жила этажом ниже. Я её раньше почти не видела. Раза два в лифте, где кивнёшь и выйдешь. Сказала, что зовут её Алла. 42 года. Недавно переехала. Развод, собака, одна. — У тебя уютно, — сказала она, бросив взгляд в мою квартиру...

Есть у меня одна хорошая знакомая. Была. Звали её Наташа. Из тех, кто всегда с макияжем, всегда при деле, всегда чуть-чуть громче всех. Мы с ней не подруги с детства, но много лет общались: вместе детей в сад водили, потом работали на одном рынке. У неё — чай и сладости, у меня — трикотаж. Хлеб-соль, что называется. Уважение было. Или я так думала. Началось всё просто. Позвонила вечером, голос чуть наигранный: — Ларочка, ты выручишь меня? — А что случилось? — Зарплата задерживается. А у меня коммуналка, ребёнок, и… ну ты понимаешь...

Когда я собиралась на дачу, ничего не предвещало беды. Я уезжала всего на две недели — подышать, проветриться, выспаться на свежем воздухе. Перед отъездом зашла к соседке — Марине. Мы живём этаж в этаж, общаемся двадцать лет, через стенку слышим друг друга кашель. — Марин, присмотришь за квартирой? Я на две недели. Вот ключи. Полить цветы, ну и если что вдруг — мало ли. — Конечно! — обрадовалась она. — Всё будет в лучшем виде. Я ж понимаю. Квартира — это как душа. Никому не доверишь. Я уехала. И правда — выдохнула...

Я всегда была слишком вежливой. Слишком удобной. Слишком «да ладно, что там». Особенно с соседкой Мариной Аркадьевной. Мы жили дверь в дверь уже лет пятнадцать, и я думала, что знаю о ней всё. Всё — кроме того, что она может вскрыть мою жизнь, как консервную банку, и даже не посчитать нужным предупредить. Всё случилось весной. Я вернулась из поездки — в санаторий ездила, две недели отдыха, процедуры. Захожу домой, снимаю пальто, включаю свет — и слышу… Звук воды. И чьи-то шаги. У меня в квартире...

Если бы мне кто-нибудь сказал, что меня в шестьдесят один год обвинят в краже... и не где-нибудь, а у себя в подъезде, я бы в жизни не поверила. Но вот — стою у двери, в халате, с тазиком для стирки, а напротив — соседка Лидия Сергеевна. Пенсионерка, бывшая учительница математики. Смотрит, как следователь, глаза в узкую щёлочку: — У меня чайник пропал. Электрический. Новый. — И? — Я думаю, это вы. Мир пошатнулся. — Что, простите? — переспросила я. — Ну а кто ещё? Ключи есть только у меня, мужа нет, сын в другом городе...