Особенные тексты

Однажды в полночь мне позвонил товарищ и пригласил вместе погулять в парке. Я согласился составить ему компанию, тем более что помимо него на прогулке обещали быть еще двое незнакомых мне жильцов многоквартирного дома. Я собрался минут за десять и вышел к подъезду. Товарищ с соседями уже стоял около двери, ожидая меня. Мне показалось, что двое незнакомцев были недовольны, что я пришел не так скоро, и что им пришлось меня дожидаться. Они даже не протянули мне руки и не представились. Затем мой товарищ отошел немного вперед и повел нас в парк. Где находится парк, незнакомцы, по-видимому, не представляли...

Герхард Иванов как-то в сентябре потерял собственный глаз, причем в очень неудобном месте. Он проезжал на велосипеде мимо урочища в Тульской области и случайно заметил за деревьями кирпичную башню, на вид очень старинную. Движимый историческим любопытством он завернул к башне, слез с велосипеда и только теперь понял, что это старая колокольня бывшей здесь церкви. От самой церкви остался только заросший травой холм битого кирпича. Колокольня без креста и колоколов, без лестниц, дверей и часов выглядела угрожающе. Она, казалось, могла развалиться в любой момент, но это было ошибочное впечатление – башня стоит там до сих пор, хотя прошло около тридцати лет...

В кастрюле у Михея лежала точка – черная пылинка, едва уловимая на глаз. Внешность Михея можно описать очень просто: у него маленькие глазки, широкий лоб с нелепой родинкой по центру, на щеках веснушки, а из одежды на нем была белая (на самом деле серая) майка и зеленые шорты с надписью «Спортлото». В левом кармане шорт у него лежал кусок туалетной бумаги, чтобы вытирать нос иногда, а в правом – всякий мусор, который он собирал в течение дня на ковре, а вечером скопом выкидывал в мусорный пакет (ведра у него не было, точнее, было когда-то, но он его сплющил – это совсем другая история). Михей никак не мог понять, каким образом в его кастрюле оказалась точка...

Из записок о быте и говоре нейрокрестьян Пройдем в обитательную избу одного из мужиков – только не ударьтесь затылком о проем. В этом жилище сидит с утра до темноты старик с неврозом, и все время занят одним и тем же делом – рассасыванием во рту медных монет. Рядом на столе лежат рублики и копейки старые – и царские, и советские, перестроечные, а он их пытается растворять на языке. Обстановка избы довольно уютна, потому что на стенах висят красные топоры, цепь и зубчатые капканы. В прирубленном к избе телятнике мычит монослон. Скотина эта неприхотливая, похожая на телку, наверное. Есть еще в хозяйстве свинтусы, телепетух, самоовцы, трансгусь и головодвуногие моллюски...