Литература

Не самая очевидная и обсуждаемая тема в связи с "Далёкой Радугой", хотя, если присмотреться, сквозная для повести и важная в контексте всего творчества Стругацких. Разум и чувства, наука и искусство, "физики" и "лирики", точные и гуманитарные науки, живое чувственное человеческое и искусственное, техническое, логическое внечеловеческое или сверхчеловеческое, – на этих оппозициях очень многое завязано в философии их произведений. Это продолжение заметок о повести братьев Стругацких "Далёкая Радуга"...

Самая трагическая повесть братьев Стругацких, единственная в жанре катастрофы и последняя из рассказывающих о "далёком" коммунизме. Хотя Мир Полудня будет присутствовать в их книгах и позднее, но он в своей безукоризненной солнечности вытесняется на периферию как мечта и идеал, а в центре внимания окажутся совсем другие темы и другие миры. "Далёкая Радуга" (ДР) парадоксальным образом сочетает в себе "пессимизм" и "оптимизм", "трагизм" и "утопизм", "идеализм" и "реализм". Я намеренно беру в кавычки...

Новый этап в детской сказочной литературе провозглашён в самый канун нового века. В программном предисловии к "Удивительному волшебнику из страны Оз", вышедшему в 1900 году, Фрэнк Баум презентует свою сказку как modernized – модернизированную, улучшенную, современную, "в которой сохранены чудеса и радость, а страдания и кошмары (heart-aches and nightmares) исключены", противопоставляя её старым сказкам братьев Гримм и Андерсена (которые, видимо, слишком мрачны и травматичны, на его взгляд). Это продолжение заметок о сказках Баума и Волкова...

У советских детей был свой Гарри Поттер, это Элли из Канзаса. Вместо мальчика, который выжил при встрече с Сами-Знаете-Кем, – девочка, которая раздавила своим домиком Сами-Знаете-Кого – злую волшебницу Гингему. Сказки Александра Волкова не называли фэнтези, хотя по многим признакам это оно. Здесь в деталях изображён придуманный мир, со своим устройством, географией, этнографией, историей, политикой. Примерно средневековые технологии, присутствие волшебного и сверхъестественного, борьба добрых и...

Принято считать, что с "Попытки к бегству" (ПкБ) начинаются новые, "настоящие" Стругацкие, что здесь произошёл некий перелом в их мировоззрении и творчестве. У этого взгляда есть свои основания, но можно его дополнить противоположным, стараясь рассматривать не только отличия и перемены, но также связь и преемственность с предыдущими книгами братьев. Для рубежных произведений, каким является ПкБ, это особенно важно. Летом 1962-го у Стругацких выходят отдельными книгами "Возвращение" ("Полдень, XXII век") и "Стажёры", а в конце того же года в составе альманаха "Фантастика, 1962 год" – ПкБ...

«Что означает концовка повести "Попытка к бегству"?» – такой заезженный заголовок тут был бы как раз уместен. Потому что именно в финале "ПкБ" Стругацкие использовали литературный приём, который даже по нынешним временам озадачивает читателя и вводит в некий ступор. Это продолжение заметок о повести братьев Стругацких "Попытка к бегству". Начало здесь >> Речь идёт об эпилоге повести, из которого мы узнаём, кто такой Саул и почему его поведение с самого начала выглядело таким странным, то есть раскрывается та первая и основная тайна, создавшая интригу в сюжете...