Раз, два, три - папа ты меня найди

Мама Виктора также начала приходить забирать Юлю, чтобы провести время с ней и лучше познакомиться. Кто его знает, когда Виктор решится на детей - подумала я. Ведь у меня получилось так хорошо ладить с этой прекрасной девочкой. Она мне как собственная дочь сразу объявила. Юля же быстро начала называть ее бабулей. Елена Валерьевна изначально противилась, но потом смирилась и согласилась на это. Однако все не было так прекрасно после нашей свадьбы. Например, отец Виктора не принял меня и назвал меня "девкой, охотящейся за чужими деньгами"...

- Интересно, угадал по машине? – я фыркаю в ответ, оттого, что действительно чувствую отвращение. – А когда женился на ней, тоже сказал, что случайно залетела? – мы с Виктором переглядываемся и начинаем смеяться. – Не, так не пойдет! Я требую компенсацию! – За что? – уточняет Виктор, перестав смеяться. Он оказывается между нами, оттесняя Антона, закрывая меня собой. Несмотря на ситуацию, мне очень приятно. – Благодаря моему ребенку ты женилась на миллионере! Во дворе висит молчаливая сцена. Мы перестаем смеяться, ибо это уже не смешно...

На дворе наступила середина марта, а снег не спешил таять, а я не была готова сделать решительный шаг. В воздухе царила весна, и главное – не смотреть на землю, усыпанную кашеобразным снегом. Днем все таяло, а ночью замерзало. Периодически с неба падали снежинки, которые забыли упасть зимой. Настал пятничный вечер, и мы с дочкой решили выйти на улицу. Виктор обещал приехать в любую минуту, но застрял в пробках. Моя дочка Юля каталась на детской площадке на качелях, а я наблюдала за ней издалека и размышляла о том, как стремительно изменилась моя жизнь...

Вера молча стоит передо мной, на ее глазах слезы. Я не ожидал такой реакции, но не тороплю ее никуда. Произнесла фразу, на которую я не ожидал ответа, и я с облегчением выдохнул, снова поцеловав ее. Теперь она точно не сможет уйти, ночь будет самой прекрасной из всех. - А что насчет твоего отца? - слова, которые испортили такой прекрасный момент с признанием в любви. Четыре детских глаза смотрят на нас с удивлением. Сколько они видели и слышали? Одна шаловливая девочка - это одно, но две шаловливые девочки - сплошная головная боль...

С удивлением отметил, что слова отца совершенно меня не задевали. Они больше не вызывали у меня никакой реакции. Мне было все равно, что он говорил, как старался причинить боль. Но теперь до меня дошла истинная часть слов Анны. Я не должен быть похож на своего отца или отличаться от него. Я должен быть самим собой. – Убирайтесь, – произнес я. – Что, разведенка с прицепом уже настроила против родного отца? Очень быстро. Она сядет на твою шею и... – Я не позволю унижать свою жену и будущую приемную дочь...

– Виктор, какого черта? Что это означает? – отец, кажется, решил начать меня воспитывать – Ну и зачем слуги нужны, чтобы полы мыли? Я в своем доме никогда не разуваюсь. – Ты не в своем доме, а в моем. Я сколько раз говорил тебе: снимай обувь. Мне надо было теперь отмывать следы, которые ты оставил? К тому же, дети дома – они же будут бегать босиком. Хочешь, чтобы они заболели? – с холодным, непроницаемым тоном отрекомендовал я. – Боже, где Анна, она разрешала мне ходить дома так, как я хочу, – Марина изобразила боль в голове, и я почти вывернулся наизнанку от ее показательного выступления...