Первая Русская Революция

Казнь первомартовцев стала самым громким, но далеко не последним актом драмы «Народной воли». Десятки революционеров, избежавших виселицы, были отправлены на каторгу — и для многих она оказалась лишь медленной смертью. Судьба политкаторжан в Российской империи — это история чудовищной жестокости, сменявшейся почти анекдотическими послаблениями, и одновременно пример невероятной человеческой стойкости. Первым местом заключения особо опасных государственных преступников стал Алексеевский равелин Петропавловской крепости...

Убийство Александра II 1 марта 1881 года стало пиком и одновременно началом конца «Народной воли». Революционеры рассчитывали, что гибель императора всколыхнёт общество, заставит власть пойти на реформы и станет прологом к созыву Учредительного собрания. Ничего подобного не произошло: не случилось ни восстаний, ни массовых протестов. Власть ответила не реформами, а усилением репрессий. А сама партия, и без того обескровленная арестами, вступила в свой последний, самый мрачный период — время провокаторов, двойных агентов и внутреннего разложения...

Весной 1880 года народовольцы вновь попытались подобраться к императору в Одессе. Узнав, что Александр II по пути в Крым заедет в город, они сняли лавку на Итальянской улице и приступили к подкопу. Работать приходилось по ночам, почва оказалась каменистой, а бурав продвигался мучительно медленно. В довершение бед техник Исаев при подготовке запала потерял три пальца — взрывчатку и инструменты пришлось спешно переносить на квартиру Веры Фигнер. Царь в Одессу так и не поехал; подготовку свернули. Вторую попытку предприняли в Петербурге...

К осени 1879 года народовольцы уже трижды пытались взорвать царский поезд — и трижды терпели неудачу. Но параллельно с железнодорожными замыслами в глубочайшей тайне зрел куда более дерзкий план: убить Александра II прямо в его резиденции — в Зимнем дворце. О подготовке нового покушения знали лишь трое членов Распорядительной комиссии «Народной воли»: Александр Квятковский, Александр Михайлов и Лев Тихомиров. Даже для законспирированной организации такая секретность была оправдана — слишком близко предстояло подобраться к императору...

Организатором одесской попытки стала Вера Фигнер. Вместе с химиком Николаем Кибальчичем она сняла квартиру на Екатерининской улице, где сушили пироксилин, испытывали запалы и готовили взрывчатку. Главной задачей было внедрить своего человека на железную дорогу — требовался сторож, который сможет незаметно заложить динамит. Для этой роли выбрали Михаила Фроленко. Действовали через влиятельного сановника. Фигнер, одевшись «в бархат», явилась к барону Унгерн-Штернбергу (зятю одесского генерал-губернатора...

Народовольцы отлично знали, ради кого борются. За плечами у многих было «хождение в народ»: они видели нищету, голод, «сифилизацию» целых деревень, отсутствие медицинской помощи (один врач на десятки тысяч крестьян) и полное политическое бесправие. Российская империя стремительно капитализировалась, но ценой разорения деревни и чудовищной эксплуатации рабочих — без трудового законодательства, с драконовскими штрафами и 12–15-часовым рабочим днём. Иностранные инвестиции (французские, бельгийские,...