Сюжет манги "Опасность в моём сердце: Ромкома не будет!"

Кана и Джин застыли на пороге гостиной. Слова Аотон о дне рождения Каны, выпавшем на день, когда подруги заняты, повисли в воздухе. Щёки Каны мгновенно залил румянец; она инстинктивно вскинула руки, словно пытаясь остановить девушек, рассевшихся на диване. Плечи Джина напряглись, пальцы сжались в кулаки. — А… Вот как…? — тихо произнёс он, отводя взгляд от Каны. — А! — обернулась к нему Кана с натянутой улыбкой. — Это… отличная новость… — добавил он, замерев, не зная, куда деть руки. — Хе-хе... — смех Каны вышел коротким, сбивчивым. — Да, здорово…! — подхватила Хинако. — Нам правда очень жаль! — извиняющимся тоном выпалила Аотон, сложив ладони перед собой...

Сота Джин сидел на полу за низким столиком в гостиной дома Ичикавы, в кепке и наглухо застёгнутом чёрном худи. Он выглядел серьёзным и слегка погружённым в себя. Пару дней назад он вызвался помочь девушкам из рок-группы «Primary Color» и обменялся с ними контактами. Сейчас он молчал, а в голове не отпускала мысль: «Тогда я наговорил всего этого... но, как водится, осознал лишь потом, насколько я здесь совершенно не к месту...» Все четыре девушки устроились на угловом диване вокруг низкого японского столика, а Джин сидел отдельно, на коленях перед столом, стараясь не занимать лишнего пространства...

Группа «Primary Color» решила устроить афтепати в скромном пабе «Уэмацуя», прихватив с собой Соту Джина. Впятером они устроились за низким столиком в позе сэйдза — сидя на пятках с поджатыми ногами. Чтобы было комфортнее сидеть, на пол положили мягкие дзабутоны. Сота сел во главе, справа от него — Кана и Момо. Напротив расположились Аотон и Хинако. Девчонки подняли кружки с пивом, Сота — бокал с безалкогольным коктейлем. — За успех нашего шоу на фестивале! — с восторгом провозгласила Кана, поднимая тост. — За здоровье! — хором отозвались остальные, звякнув бокалами. У подруг глаза горели, но Сота, как всегда, держал лицо, сдерживая эмоции...

Сота Джин замер в стороне, не сводя глаз с Каны. Она стояла там — сама рок-звезда, весело болтая с каким-то симпатичным парнем из университета. Он молча резко развернулся и зашагал прочь, даже не оглянувшись. Сота брёл против потока гудящей толпы, спешащей к сцене, уткнувшись взглядом в асфальт. Перед глазами снова всплыла эта картина: Кана в блузке с надписью «ROCK» зажмурилась от восторга и широко улыбнулась тому парню. — Может, лучше домой... — прошептал он, опустив голову. И тут его словно током ударило. Мимо него пронеслась девушка, яростно оравшая в телефон: — Ты чё, угораешь!? «Pri-Col»...

На следующий день Кана Ичикава пришла в гости к семье Соты. Они жили в съемной квартире в невысоком многоэтажном доме. Кана замерла в прихожей, сжимая в руках небольшой пакет. На ней была белая кофта, из-под которой выглядывала черная кружевная блузка, и темные брюки. За её спиной, словно тень, стоял Сота — в своей неизменной бейсболке и спортивном костюме. К ним вышла Аяка, старшая сестра Соты. На ней был уютный домашний наряд: цветной свитер, белые брюки и мягкие тапочки. Пока мамы не было дома, Аяка взяла на себя роль хозяйки. — О, добро пожаловать! — Аяка встретила гостью широкой улыбкой, и её щеки залил румянец волнения...

Сота Джин, в чёрном свитере и тёмных домашних штанах, вытирал лицо полотенцем. В ванную заглянула его старшая сестра Аяка. За окном сияло яркое солнце, и она была одета соответственно: чёрная водолазка и узкие брюки — наряд, позволяющий выйти на улицу осенью без пальто. — Сота… Слушай, сделай одолжение, — начала она, выглядывая из проёма распахнутой двери. — А? — спросил он, не оборачиваясь и продолжая тереть щеку. Аяка хитро подмигнула, хлопнула в ладоши и сложила руки в молитвенном жесте: — Дай я на твоих ногтях руку набью? — Исключено! — отрезал Джин, даже не задумываясь. — Я ж за тебя готовить буду! Ну же! — не сдавалась она...