Деньги за дом

Юрист читал её договор молча. Светлана сидела напротив, на стуле с продавленным сиденьем, и считала про себя, сколько это длится. Досчитала до сорока и сбилась, потому что он перевернул лист и начал сначала. На столе перед ним лежал её экземпляр, а в этом экземпляре стояла её половина деревенского дома, проданного двенадцатого августа. Девятьсот тысяч. Из них она не увидела ни рубля: покупатель отправил всю цену одним платежом на счёт свёкра, и со счёта всё сняли в тот же день за давний долг, по которому свёкор когда-то за кого-то подписался; вместе с её половиной ушла и его...

— Приходили не ко мне. Светлана стояла в дверях его комнаты и не садилась. У свёкра бубнил телевизор, на блюдце лежали сушки, и всё было по-прежнему, только вчерашним супом пахло сильнее обычного. — Пётр Савельевич. Мне нужно знать, за чей долг забрали мои деньги. — Я тебе русским языком: приходили не ко мне. Деньги были за дом. Дом в деревне продали двенадцатого августа, пополам, её половина и его, и вся сумма ушла одним переводом на его счёт, потому что так проще, а в тот же день её списали за какой-то старый его долг...

На счету было двести тридцать рублей. Светлана прочитала строчку три раза. Потом зачем-то перевернула листок, будто на пустой стороне могло быть продолжение. Ничего там не было, конечно. — Это всё? — спросила она. — Это всё, — сказала девушка в окошке и подвинула распечатку поближе. — Двести тридцать рублей шестьдесят копеек. Она стояла у окошка в мокрой от дождя кофте и считала. По привычке, вслух, тихонько, как считала тридцать один год в школьной столовой: тридцать шесть порций на первую смену, сорок на вторую, ещё восемь на продлёнку...