Дневник жены шизофреника

ДНЕВНИК ЖЕНЫ ШИЗОФРЕНИКА. СЕРИЯ 7. ФИНАЛ ​VII В воскресенье безверие проявляется через кровь Порой мне надоедает бояться неожиданностей, и я перестаю заглядывать в записи мужа, но мне до сих пор сложно выдерживать его эмоциональные порывы.​ А как иначе, если каждая неделя заканчивается трешем. Воскресенье в его бумажках значится как «Время для Бога», но те собрания, что он проводит, нельзя назвать божественными, напротив… ​ Думаю, даже Дьявол скривился​ бы, увидев такое отношение к религии. ​ «Бог и дьявол неизменны, они врут только в нашей голове», - всегда говорил муж.​ И что он имел в виду? Я никогда не была религиозной, а мой псих и близко не подходил к церкви, хотя всегда носил крест - простой, на черной тесемке. Да, он верил в Бога, но по-своему, психи вообще все делают по-своему. Муж всегда говорил, что ему нечего терять, поэтому и проводил воскресные собрания среди сект, где несколько раз чуть не лишился жизни. ​Я просила его прекратить, но разве его остановишь? - ​ Братья и сестры! - говорил он, стоя в окружении людей, - все вы здесь прославляете Бога, но знаете ли кто Он такой? - Будда! - кричали одни. - Иегова! - подхватывали другие. - Нет! - отзывался муж, - Он ни один из них, он то, что отражается в ваших глазах, иного Бога вы узреть не сможете! Когда люди приходили на ​ безумные собрания, они не подозревали, что на одной территории объединятся ​ разные конфессии (дурик умудрился набрать ​ самых странных представителей), но в этом и заключался смысл. Мой псих мог посадить буддистов напротив мусульман и начать говорить о Боге. Тогда последователи​ Мухамедда доказывали, что у человека есть только одна жизнь и душа, буддисты же отвечали, что первые никогда не познают смысл истинного бытия. Когда все начинали злиться, муж кричал: - Бога здесь нет! - Что значит, нет?! - злились остальные. - Здесь наш Бог, он с нами! - Его нет, потому что ваши души давно умерли , а вы просто таскаете по земле тело, которое умеет только поклоняться, но не любить! Тогда начиналось самое интересное, люди налетали на моего психа, и со всей силы колотили его. Мужа били ногами и руками, рвали на нем одежду и говорили, что он Сатана, разлагающий мир. Я помню как кричала, и задыхаясь от страха, пыталась разогнать толпу, но мой псих был абсолютно прав, когда говорил: «Нет ничего страшней человека,​ у которого нет истинной веры». ​ Эти люди с пустыми глазами и, обезображенными злостью лицами, пытались выместить на муже боль за свою пустоту. Все, что у них было до этого - не Бог, а идол, который заменял им счастье,​ закрывая лживой пеленой, черную дыру. ​ В тот день я не могла различить его лица - разбитое, в кровавых потеках, оно словно искупало собой все грехи, все безумие этого мира. Он еле дышал, когда я вызвала скорую, но при этом продолжал улыбаться тупой улыбкой. Странно, но я не видела в нем разочарования или душевной боли после произошедшего, будто он четко знал, что будет и с радостью принимал плоды собственной дурости. Когда муж лежал в больнице - избитый и измученный физической болью, он уже не казался мне таким психом, будто все его сумасшествие ушло в одночасье и застряло глубоко в венах. ​ Я, наконец, перестала бояться его взгляда, заглянула​ прямо в черную бездну и спросила: - Скажи, что стоит за этим безумием? Почему ты не лечишься, почему не меняешься? - За этим стоит боль, которую невозможно вынести, поэтому мы ищем все новые игры. Я пропал в этой игре, а ты еще можешь выйти. Надо выйти, как бы это ни было противно ​ нашей сумасшедшей природе... P.S P.S Через несколько дней после пасхального воскресенья мой муж умер, оставив мне кучу нерасшифрованных записей и воспоминания, которые порой закручивают меня тайфуном, также как необузданные эмоции моего психа.

ДНЕВНИК ЖЕНЫ ШИЗОФРЕНИКА. СЕРИЯ 6 VI В субботу люди учатся безумию Я редко пишу дневник по выходным, но не в этом случае. Сегодняшний день должен остаться на страницах, иначе как потом его выковырнуть из памяти; мертвый мозг это не грецкий орех, который можно легко расколоть и получить то, что нужно. Боже, я ни раз писала, что мой муж - мой выбор, но иногда я устаю и мне хочется его переделать.​ Хочу найти рычаг, который контролировал бы степень его безумия, но его нет... К субботе активность психа достигает пика, самооценка его раздувается как флаг над Рейхстагом, и он начинает «преподавать». Он обожает субботнее утро, потому что в день «Учения» чувствует себя гением. ​ Не знаю, как это возможно, но учеников у него немало. Он разместил объявление на авито, где в красках расписал все​ о знаниях химии и отличном медицинском образовании, а потом повалили звонки. Ну неужели нет нормальных учителей? На что шли эти молодые ребята и их родители? ​ Когда муж вел занятия, мне часто приходилось уходить из дома. Я жертвовала сном, но ​ хотя бы оставалась спокойной. Сегодня я впервые нарушила режим и тут же пожалела об этом. Не было еще и девяти утра, как в дверь позвонили.​ Когда я вышла из комнаты, то увидела щуплого подростка в широких очках с толстыми стеклами, который невнятно пытался что-то объяснить моему психу. На вид мальчику было лет тринадцать, но кто знает этих школьников, может и больше. Я заметила, что он очень скован, поэтому предложила ему чай, но тот резко замотал головой, опустил глаза и ​ быстро прошагал в комнату за «учителем». Чуть позже я плотно позавтракала, и счастливая от того, что никто не выносит мне мозги, села пить кофе. Да, радость длилась недолго. Через несколько минут я услышала из комнаты мальчишеский плач и слова: «Я не понимаю, почему тогда было правильно, а теперь неправильно». Рыдания продолжались минут десять, и я уже собиралась прервать занятие, но разобрала слова мужа: - Да, тогда ты решил все правильно, сейчас нет, и через пять минут опять будешь неправ. Мальчик снова заплакал: - Ну почему? Мама наругает меня, если я буду решать неправильно… - Ты никогда не будешь решать правильно, потому что правильного нет, меняется пространство, меняется ​ ответ. Я знаю все ответы, а ты нет, потому что живешь в одном пространстве, а я сразу в нескольких, понимаешь? Мне хотелось успокоить мальчика и сказать, что его учитель идиот, который ничего не понимает в образовании и Бог весть как закончил медицинский, но муж как обычно проткнул меня черным взглядом и я удалилась. Я продолжала слушать непрерывный бред и скоро у меня заболела голова. Не знаю почему, но за время его преподавания у меня в памяти отложилось много фраз: «Кто сказал, что таблица Менделеева правильная? Есть гораздо более сложные элементы и они другие»; «Какая разница, когда изобрели эту формулу, это не имеет значения»; «Ну и что, что ты ничего не понимаешь, быть тупым или быть умным - все одинаково». Я в очередной раз кляла мужа за его дурость и пыталась понять, где ​ находится та самая грань между «нормальными» безошибочными людьми с пресной жизнью и, ​ взрывающими все на своем пути психами, как мой муж. Всем же по сути нужно внутреннее спокойствие, но не каждый способен его вытерпеть. ​ Видимо, поэтому я каждый день повторяю круг безумия​ и слушаю по субботам лекции о глупости бытия. Мой псих постоянно говорит: «Пусть лучше ты будешь тупой, чем твои мозги забьются​ ненужной стандартной хренью». ​ Не знаю, может это правильно, но должны же быть​ какие-нибудь стандарты, иначе на что нам опираться? ​

ДНЕВНИК ЖЕНЫ ШИЗОФРЕНИКА. СЕРИЯ 5 V В пятницу все семейные одиноки Пятница всегда проходит для меня очень тяжело.​ Мой шизик теперь обводит ее красным ​ кружочком в календаре. Эта пометка значит, что пришел​ «День семьи», но у всех семьи как​ семьи, а у нас дурдом. ​Вместо семейных посиделок и выездов на природу мы играем в его идиотские игры. Боже, ну и мерзкая же пятница выдалась пару месяцев назад.​ Тогда все отмечали восьмое марта, и мне, как и любой женщине, хотелось получить хотя бы малюсенький букет цветов; пусть не розы, путь тюльпаны или даже мимоза - хоть какой-то луч тепла. Но нет, с психами не так все просто… Вечером, когда я пришла с работы, меня ждал очередной сюрприз. Мой дебил, прости Господи, встретил меня с «особенным» букетом. Он держал в руке что-то большое с длинными колючками; издалека это напоминало гигантского морского ежа, но когда я пригляделась, то увидела сплетенные друг​ другом прутья, в которые были воткнуты стебли роз.​ Он протянул мне «монстра» и попросил пощупать шипы. Я дотронулась​ до колючек и тут же отдернула палец, почувствовав какие они острые,​ и насколько глубоко протыкают кожу.​ Я оттолкнула мужа и сказала, что больше не нуждаюсь в его тупых подарках, на что он ответил: - Это не мой подарок, это суть семьи - всегда причинять боль близким и смотреть за их реакцией. Я злилась и пыталась убедить его, что не все люди причиняют друг другу боль, тем более в семьях, но он не унимался: - Тогда люди сами придумывают какую-нибудь боль, а потом подыскивают виновного в своих ​ страданиях. Если вы думаете, что на этом все закончилось, то глубоко ошибаетесь.​ Он резко взял меня за руку и повел в гостиную. Я не узнавала собственную квартиру: диван и кресла стояли по центру, а вокруг них громоздились небольшие пластиковые столики. Он разбил комнату на зоны, над каждой из которой висели фотографии из известных кинолент.​ С одной стороны были наклеены образы Джека и Розы из​ «Титаника», ​ с другой Скарлетт и ухмыляющегося Ретта из «Унесенных ветром»,​ а совсем рядом сверкал глазами сумасшедший муж​ из фильма ужасов «Сияние». Девушки сказали бы «ой, как это мило», но не забывайте, речь идет о моем ​ психе.​ Когда я села за столик с изображениями «Титаника», он завалился на соседнее кресло и вместо того, чтобы показывать красивые закаты, как этого требует киношная романтика, вцепился в мою руку и упал на колени. Он корчился как дебил и кричал: - Роза я умираю, смотри, скоро я совсем замерзну! Нравится ли тебе такая любовь?! Когда мы переместились в зал «Унесенных ветром» он тут же прижал меня к себе и назвал холодной и бесчувственной женщиной,​ после чего тупо отвернулся ​ и минут десять мы сидели молча. Видимо, так он в образе Ретта «наказывал» меня за холодность по отношению к нему и его выходкам. ​ Когда это начало выводить меня из себя, я крикнула: - Зря я вообще выходила за тебя замуж! Не знаю, чем ты меня зацепил, но ты отбитый наглухо! Тогда он схватил меня за руки и потянул в последнюю зону, ту самую, где Джек Николсон с фирменным оскалом постепенно входил в роль сбрендившего мужа. Я пыталась вырваться, но мой придурок крепко держал меня за обе руки. - Смотри, - показывал он мне на красный топор, который валялся рядом со стулом, -​ страшно тебе? Он снова пронзил меня жестоким взглядом. Черные глаза будто сжигали мое лицо заживо.​ Я испугалась и закивала головой, только тогда он расцепил пальцы и отпустил меня. Мне было так плохо и обидно, что не осталось сил даже на крики, я просто швырнула в него мерзким букетом и вышла из комнаты. Муж тоже решил молчать и игнорировать ​ меня всю ночь - так мы просидели до рассвета. На утро он, как ни в чем ни бывало, незаметно поцеловал меня в щеку, после чего сказал: - Видишь, нет никаких семей, все мы одиноки. Вы пищите: «какие чувства», но не видите чувств внутри самого человека. - Идиот, - ответила я. -​ А в тебе хоть живы твои чувства? - спросил он, глядя мне в глаза. Я хотела отвести взгляд, но не могла.​ В ту секунду я поняла, что чувства во мне пробуждаются только тогда, когда я вижу его дикие выходки, живу в его безумии.

ДНЕВНИК ЖЕНЫ ШИЗОФРЕНИКА. СЕРИЯ 4 IV В четверг история меняется каждую секунду В последнее время​ я меньше стыжусь ​ мужа, стало спокойнее. Не знаю, откуда ​ взялось это ощущение, но что-то поменялось. Хотя, о каком спокойствии может идти речь, если он продолжает сводить с ума всю округу. Четверг он называет «днем политики» и приглашает малолеток с колледжей и университетов принять участие в дебатах. ​ Молодежь почему-то тянется к нему, многие слушают его безоговорочно; может, поэтому его кружок просуществовал почти год, пока местные власти не навели порядок. Конечно, двадцатилетним парням и девушкам ​ нравились сумасшедшие представления, которые он устраивал. Помню, несколько четвергов подряд ​ муж посвятил истории отечественной революции. Он где-то раздобыл проектор и каждую неделю на огромном экране показывал слайды, которые верстал ночами в одиночку. ​ Чаще всего в презентациях муж обращался к линии уничтожения царской семьи. В записях он обозначил три версии убийства Романовых и каждая мало походила на другую. Это показалось мне даже забавным, ведь в источниках, действительно указаны разные сведения по поводу произошедшей трагедии. Порой я сама часами смотрела на то, как муж обыгрывает исторические образы. Видимо, в моем психе долгое время скрывался артист.​ Сначала он переодевался в Ленина, искусно имитируя жестокий взгляд разрушителя царской империи, а потом входил в образ Николая, который в каждой из версий представлялся совершенно по-разному. Сначала это несчастный муж, растерзанный отец, понимающий, что гибель его семьи неизбежна. Все близкие погибают, но при этом они преданы императору до конца. В следующий четверг накал страстей усиливался. Я не могла спокойно наблюдать, как муж изображает жену Николая жестокой предательницей, «гессенской мухой», которая цинично и расчетливо ведет императора к смерти.​ Я видела ледяные, но вместе с тем сумасшедшие глаза женщины, которые отражали только одну цель - выполнить план и уехать с детьми из ненавистной страны. Удивительно, как​ мужу удавалось​ так ​ быстро переодеваться и сменять странную Александру задумчивым и меланхоличным Николаем. После того как императора предал самый близкий человек, он будто погрузился в глубокую бездну. Вторая интерпретация краха Романовых заканчивалась единичным выстрелом - Николай лежал на полу с простреленной головой и не шевелился, семьи рядом не было. В конце каждой интерпретации муж говорил «Нет ничего, чего не могло бы не быть, есть все, что могло бы быть». Это же мой псих, разве может он сказать что-то внятное, но сейчас ​ меня волнует только один​ вопрос: «почему мне стало так спокойно с ним?» И главное, чем больше он демонстрирует безумие, тем легче мне становится на душе, я будто​ начала понимать истинную суть жизни, о которой никто не знает. Позже было еще несколько инсценировок с​ Николаем, ​ и каждую из них я смотрела с удовольствием.​ Четверг стал для меня любимым днем недели, потому что на представлениях было безопасно, все просто смотрели на шоу, не страдая ни физически, ни морально. ​ Сама я вздрагиваю каждый раз, как чувствую опасность,​ но муж говорит мне, что самое страшное это не боль, а когда ты не можешь управлять своей реальностью. Наверное, именно это он показывал, когда изображал на сцене мировых​ лидеров, которые произносили несвязные речи. Особенно он любил показывать Горбачева: - Мы ни в коем случае не поддадимся на провокации Запада и сохраним СССР, так как он есть, - начиналась речь главы государства. - Мы должны взглянуть на позицию Запада, - через минуту говорил муж все в том же образе. Дальше все шло потоком: - Западные коллеги правы, мы застряли в старых убеждениях! - Граждане, не волнуйтесь, никаких глобальных​ изменений​ не предвидится! - Изменения нужны нашему народу! Такие монологи продолжались ​ минут пятнадцать,​ но за это время у меня реально начинала ​ ехать крыша. ​ Фразы все время менялись, одно высказывание противоречило другому и казалось, что речь будет длиться бесконечно, как​ и сама жизнь, в которой нет места правде.

ДНЕВНИК ЖЕНЫ ШИЗОФРЕНИКА. СЕРИЯ 3 III В среду пища нас не кормит Иногда мне хотелось, чтобы этот псих сдох, чтобы его больше не было ни во снах, ни в жизни, но как только воображение вырисовывало его последний вздох, я останавливалась, наверное, понимала, что его бред - часть моей жизни.​ Взять среду, Боже, ​ вот ​ настоящее испытание для моих нервов. ​ ​ В первый раз я узнала про ​ новое увлечение мужа полгода назад, в его записях середина недели обозначалась как «Трапеза». Ну не тупое ли название?! Мне надоело постоянно контролировать, чтобы он не совершил очередную глупость, но я не смогла не отреагировать на жалобы соседей, которые с презрением смотрели на меня, когда я выходила из подъезда. Одна даже кинула в меня гнилыми фруктами и крикнула «жрите вместе с муженьком!» Тогда я не выдержала и пошла на его очередную работу. Теперь по средам он подрабатывает продавцом в магазине FructOF, который находится на выезде из города, прямо рядом с трассой. Хозяина продуктового я когда-то знала лично, он часто уезжал в столицу, поэтому магазин оставался на продавцов, и если у некоторых из них и были проблемы с совестью, то крыша ехала только у моего мужа, а это куда хуже. Когда я зашла в ​ магазин, то сразу заметила, что позади нормальных фруктов и овощей стоят ящики с гнильем. Неприятный запах ​ распространялся по всему помещению, а муж как ни в чем ни бывало, скалился и показывал как красиво разложил товар. - Что ты делаешь?! - кричала я​ ему. Но он не реагировал, будто меня ​ не было вовсе. Он продолжал переставлять ящики, в итоге вся гадость оказалась прямо под свежими овощами и фруктами. Рядом он разложил какие-то травы, чтобы перебить запах, но мне казалось, что гниль полностью пропитала ноздри, кроме нее я ничего не чувствовала. ​ Постепенно в магазине стали появляться покупатели, ​ муж встречал их с тупой гримасой и рекомендовал им воспользоваться особым предложением. Те, кто еще не знал о его проделках, охотно соглашались, когда он предлагал им микс из овощей и фруктов всего за двести рублей.​ ​ Знали бы они какие миксы ​ принесут домой…​ ​ Я видела, как мой псих отвлекал людей жестами, в то время как сваливал в пакет гнилые продукты вместе с хорошими, но сказать ничего не могла. Он снова смотрел в глаза ​ и будто запечатывал мне рот, так что тяжело было сделать даже вдох.  Муж протягивал покупателям пакеты с довольным видом и каждому говорил «Здесь все самое натуральное!» Позже из его записей я поняла, что в его миксах была логика, как всегда идиотская, но все же. Если он клал свежие огурцы, то к ним обязательно прилагались гнилые помидоры или почерневший болгарский перец; главное условие​ - они должны быть импортными. Перец​ из Китая он выделял больше всего, микс с ним он называл «оранжевая бомба для живота». Когда же разъяренные покупатели возвращались и пытались вернуть испорченные овощи, муж отвечал: «Вы не умеете выбирать продукты, а я спасаю ваше здоровье! Жрете​ как свиньи все подряд!» Я слышала, как люди кричали и угрожали засадить его, но постепенно замолкали и уходили ни с чем, возможно, понимали, что в чем-то он прав. Тогда я впервые подумала об этом: «мой псих, мой шизик прав», тогда можно ли назвать правильным весь наш мир? ​ Я долго размышляла о степени нормальности мужа, даже в то время, когда он готовил смузи из гнилых фруктов. ​ - Вы такого еще никогда не пробовали! - кричал он покупателям, - абсолютно живая ягода. Никто не замечал, как поверх обычного напитка местный дурик выкладывал пюре из гнилых ягод. Так как магазин находится на трассе, туда заходили в основном приезжие. Многие из них никогда не возвращались, даже если их рвало после жутких напитков, поэтому в этом месте мой муж проработал довольно долго - два месяца. Все завершилось, когда хозяин​ FructOF вернулся из Москвы. Он кричал как разъяренный зверь, когда узнал обо всем, а мой псих просто ржал ему в лицо, одновременно показывая пальцем на испорченные овощи, которые владелец сам неоднократно пытался продавать по дешевке.

ДНЕВНИК ЖЕНЫ ШИЗОФРЕНИКА. СЕРИЯ 2 II Во вторник все больные вылезают на поверхность Наверное, моему психу было бы проще чудить в мегаполисе, но я не люблю, когда кругом много народа, предпочитаю что-то тихое, ​ и с этим ему пришлось смириться. А я смирилась ​ с тем, что по вторникам он «играл» во врача.Я понимаю,​ что медицинская система - не совсем то, чем может гордиться наш уголок, но зачем быть настолько циничным, разве людям мало горя? С тем, чтобы устроиться в первый раз врачом в районную поликлинику у него не было проблем, будете смеяться, но по образованию он именно врач. Мой гребаный псих врач - представляете? Впрочем, в юности это был не такой уж псих, просто «космический парень», как говорила моя мама, но чем больше проходило времени, тем сильнее стали проявляться его странности, и в конце концов все дошло до такого бреда. В один из вторников я оказалась на его приеме - совершенно случайно.​ Мой участковый - Афанасий Петрович заболел, а вместо него поставили молодого специалиста. Я ни о чем не догадывалась, поэтому пошла на прием без опасений. Только в коридоре, стоя в очереди, я поняла, кто сидит за белой дверью. Я наблюдала за тем, как пожилая женщина вывалилась из кабинета с криками «я умираю!», в то время как другие равнодушно проходили на прием. Было не по себе, но отстраниться не получилось.​ Я побежала за женщиной вниз по лестнице, чтобы узнать, что случилось, а когда остановила ее, она странно посмотрела на меня и начала рыдать, еле выговаривая слова: - Этот доктор правильно все сказал, не надо жить таким как я. Говорит, вы приходите сюда проверяться каждую неделю, а значит ​ боитесь умереть. А раз вы так сильно боитесь, то зачем вам эта жизнь. Как думаете, вы готовы к смерти? Я была в ярости и подбежала к кабинету, чтобы высказать этому идиоту все, что о нем думаю, но в дверях увидела до безумия счастливого человека. На вид ему было лет пятьдесят, но глаза ​ светились так, будто он только окончил университет и собирается​ в новый мир. - Что ты сказал ему? - спросила я мужа, когда захлопнула за собой дверь. Он как всегда растянул ​ придурковатую улыбку и сказал: - Он просто хороший человек, улыбается, не жалуется на все подряд, а это редкость, знаешь! Вот я и подумал, поддержу мужичка, оформлю через своих инвалидность. Сказал ему, чтобы не парился, нормально же, будет получать выплаты каждый месяц! ​ - Но он же не инвалид! А что же другие? - А другие мне не нравятся, значит ничего не получат! Нечего ко мне заваливаться с недовольной рожей, понятно! Я сидела перед ним на покосившемся стуле, как и все остальные, но будучи женой, ​ ожидала, что он отнесется ко мне благосклоннее, чем к веренице старушек. Как же я ошибалась… - У тебя тоже недовольная рожа! - резко сказал он. Я ответила, что может не смотреть мне в лицо, если не хочет, тогда он снова заржал и высказался: - Я чую твое недовольство, им смердит на весь кабинет, поэтому ты и болеешь! Я тебе выпишу рецепт, как и всем тем дуракам! Он кинул мне в лицо бумажку с закорючками, а я впервые сказала ему, что хочу развестись. А главное, это надо быть такой циничной сволочью, чтобы специально выписать рецепт, который у меня не примут в аптеке. Да, конечно, он сделал это специально. Он знал, как мне нужны таблетки от аллергии и сделал мне подлянку (такое и раньше случалось). Без таблеток ​ я не могла уснуть всю ночь, нос отек, и я еле дышала, зато этот идиот снова лыбился и говорил: - Это хорошее лечение, пусть твоя недовольная рожа немного понервничает, может тогда ты как и остальные ​ пациенты, начнешь видеть хоть что-то вокруг себя! Как вы не понимаете, гниет душа, а не тело! Это вы сводите себя с ума бесконечными попытками подлатать то, что невозможно, а я здесь абсолютно ни при чем!