Древний Рим

1. Смерть Красса и крах баланса сил Марк Лициний Красс долгое время считался третьей головой «трехглавого чудовища» — первого триумвирата, — но на деле он служил лишь противовесом между двумя настоящими правителями: Помпеем и Цезарем. Эта роль была не слишком почетной. Шестидесятилетний Красс, одержимый честолюбием и жаждой золота, получил от Цезаря возможность завоевать славу в Сирии через войну с Парфией. Однако парфянская кампания обернулась катастрофой. В битве при Каррах (53 г. до н. э.) римская...

Когда Помпей после победоносного завершения восточных войн вернулся в Италию (осенью 692 г.), у его ног вторично лежал царский венец. Сенат был низвергнут, демократия безоружна, а победоносная армия ждала его приказа. Однако Помпей, верный своей натуре солдата, привыкшего повиноваться, а не приказывать, распустил легионы и вступил в Рим как частное лицо. Это было роковое колебание. Сенат, оправившись от страха, встретил его холодно. Ему отказали в утверждении распоряжений на Востоке, в наделении землёй ветеранов и во вторичном консульстве...

После смерти Суллы (676 г. от основания Рима) восстановленная им олигархия осталась без своего творца. Правительство сената, основанное на насилии и страхе, должно было теперь само защищать себя от многочисленных врагов — как явных, так и тайных. В оппозиции оказались не только демократы (популяры), но и либеральные консерваторы, обманутые в надеждах на смягчение режима, разорённые сулланскими конфискациями общины, вольноотпущенники, столичная чернь, а также дети проскрибированных, превращённые в политических париев...

После победы у Коллинских ворот (672 г. от основания Рима) Луций Корнелий Сулла стал полновластным хозяином Италии. Но он не был простым победителем в гражданской войне. Ему предстояло решить, как восстанавливать государство, раздираемое десятилетиями революции. Сулла хорошо понимал, что старая олигархия — сенатская знать — неспособна самостоятельно навести порядок. Поэтому он взял на себя диктаторские полномочия, беспрецедентные по своему объёму. Сенат и народ, по предложению интеррекса Луция Валерия...

После почти двухсотлетнего мира в Италии, установленного победой над Пирром, римское господство никогда не потрясалось в своих основах. Италики покорно шли за Римом на поля сражений по всему Средиземноморью, но их собственное положение не улучшалось, а ухудшалось. Политический гнёт становился всё тяжелее. Римские магистраты обращались с союзниками как с бесправными подданными: консулы приказывали сечь розгами муниципальных чиновников, солдаты из латинских колоний подвергались унижениям, тогда как последний римский гражданин мог апеллировать к народу...

После гибели Гая Гракха и кровавой расправы, учинённой консулом Луцием Опимием, в Риме не осталось человека, способного занять место павшего вождя. Гракховская конституция — раздача хлеба, суды всадников, колонии — уцелела, но лишилась своего творца. Власть сената восстановилась как бы сама собой, однако это была не просто реставрация старого режима, а его трансформация. Олигархия вернулась к власти, вооружившись доспехами свергнутой тирании. Отныне она правила, сохраняя гракховские установления, но с одной целью: постепенно очистить их от всего, что действительно угрожало господству знати...