Бывший муж. Вы мои навсегда

— Не дождался тебя, — хмуро произносит отец, протягивая мне руку. — Сам приехал. Отвечаю рукопожатием и прохожу к столу. Устало плюхаюсь на кресло и пальцами сжимаю переносицу. — Я бы сегодня заехал вечером, — отвечаю отцу. — Что такое, сын? Устал? — он садится напротив и смотрит на меня с ухмылкой. — Вроде, только день начался... Смотрю ему в глаза. Такое ощущение, что он о чём-то догадывается. Да откуда? Мне уже кажется. — Я с утра у Инны был. Говорю об этом и жду реакцию отца. Внимательно слежу за ним...

— Игорь! Я даже не знала, что ты уже вернулся! Почему ты ко мне вчера не заехал?! И сегодня... ты где? Голос Евангелины выдаёт её недовольство и раздражение. Наверное, её можно понять. Но сейчас мне вообще не до обид и упрёков. — Евангелина, послушай, — спокойно отвечаю я, садясь в машину и ещё раз глядя на окна квартиры, где живёт мой сын, — мне надо с тобой поговорить. Я сейчас приеду. Ты дома? — Дома, конечно! А что случилось? Меня пугает твой тон, Игорёша! Всё же хорошо? Скажи мне! А то я буду думать! Всё хорошо у нас? — Всё в порядке...

Чёрт. Оказывается, собирать детскую железную дорогу вообще нелегко! Особенно, когда никто не только не помогает, но и наблюдает словно так и ждёт, что у тебя не получится! Но я упрямо складываю детали, закручиваю гайки. Инна так и стоит в дверях. Сложив руки на груди, она смотрит на меня. Олег обнимает её за ноги, не отходит. Это, пожалуй, самое строгое жюри. Я не могу облажаться. А ещё ужасно хочется собирать конструктор с сыном. Показывать ему, как надо, отвечать на вопросы. Откуда такая потребность? Я же никогда не задумывался о детях...

Я в очередной раз срываюсь рядом с ней. Это противоречит всем правилам, по которым я привык жить эти годы. Это раздражает. Злит. И я вымещаю свою злость на ней. Хотя мне должно быть всё равно. Почему маска равнодушия и холода не работает рядом с Инной? Она, ничего не делая, заставляет меня снова и снова испытывать что-то забытое. Такое далёкое, но отчаянно рвущееся наружу из глубин, в которые я запрятал всё, что было между нами. Я ведь жил так. Прекрасно жил до того дня, когда снова встретил её… — Прости, — выдыхаю, застывая у неё за спиной...

— Что-то случилось? — доктор спрашивает, как только я возвращаюсь на кухню. Я уже нажала кнопку домофона и теперь секунды отсчитывают шаги Горского. Я прислушиваюсь к каждому звуку. — Что? Ничего, — чуть мотаю головой. — Просто вы так побледнели… — хмурится он. — Вы знаете… — встаёт и в глаза мне не смотрит, — я, наверное, пойду. — А кофе? — Я вспомнил, у меня пациент скоро… пойду… Одна моя половинка очень хочет, чтобы он ушёл до того, как в квартиру заявится Горский, а, вот, вторая… да какого чёрта?! Почему я должна бояться? Горский мой бывший муж...

Ночь я практически не сплю. И не потому, что Олежка тоже спит беспокойно. Он просыпается несколько раз за ночь, хнычет, но говорит, что у него ничего не болит. Потом снова засыпает. А я не могу. Лежу, прижав к себе сына. Губами касаюсь его волос. Дышу его запахом. Я так привыкла, что он только мой. Смогу ли я делить его с Горским? Олег умненький мальчик и давно перестал меня спрашивать, где его папа. Наверное, когда подрос и понял, что мне неприятны такие вопросы. Он вообще меня чувствует. Не хочет, чтобы я расстраивалась...