Моя страна

Мне вчера приснился сон Как будто я живу в стране, В которой правит в унисон С олигархами из вне правитель-властелин. Он был когда-то за людей, Ведь был он человек. Не вор и вовсе не злодей, Хоть труден был тот век И долго он играл ту роль, Казалось, и не лгал, Но им однажды завладел Бессмертный капитал. И сохранив авторитет, что заработан был Имел влияние вполне на всенародный тыл. Но лжи всегда недолог век Он, как и миг, пройдет, Забрав с собой лжецов своих На отдаленный брег. И вновь приблизится для всех Бессмертной правды час И вновь восстанет человек Среди бездушных масс.

В день Великой Победы будет абсолютно уместным опубликовать ссылку на киноэпопею «Освобождение». Предлагаю пересмотреть этот известнейший исторический фильм в честь Победы русского народа над фашизмом. Приятного просмотра дорогие гости моего канала

К истории создания Журавли Расула Гамзатова Из истории песни «Журавли» В семье Газдановых из села Дзуарикау в Северной Осетии было семеро сыновей. Один погиб в 1941 под Москвой. Еще двое — при обороне Севастополя в 1942. От третьей похоронки умерла мать. Следующие трое сыновей Газдановых пали в боях в Новороссийске, Киеве, Белоруссии. Сельский почтальон отказался нести похоронку на последнего, седьмого сына Газдановых, погибшего при взятии Берлина. И тогда старейшины села сами пошли в дом, где отец сидел на пороге с единственной внучкой на руках: он увидел их, и сердце его разорвалось... В 1963 году в Северной Осетии селе Дзуарикау установили обелиск в виде скорбящей матери и семи улетающих птиц. Памятник посетил дагестанский поэт Расул Гамзатов. Под впечатлением от этой истории он написал стихотворение. На своем родном языке, по-аварски. И, к счастью, у этого стихотворения есть качественный перевод на русский. Его сделал Наум Гребнев, известный переводчик восточной поэзии. Он учился в Литинституте с Гамзатовым после войны и дружил с ним. Этот перевод всем вам знаком. Мне кажется порою, что солдаты, С кровавых не пришедшие полей, Не в землю нашу полегли когда-то, А превратились в белых журавлей. Они до сей поры с времен тех дальних Летят и подают нам голоса. Не потому ль так часто и печально Мы замолкаем, глядя в небеса? Летит, летит по небу клин усталый — Летит в тумане на исходе дня, И в том строю есть промежуток малый — Быть может, это место для меня! Настанет день, и с журавлиной стаей Я поплыву в такой же сизой мгле, Из-под небес по-птичьи окликая Всех вас, кого оставил на земле.