Драма

«— Твоей ноги здесь больше не будет, — Елена Викторовна брезгливо отшвырнула конверт. — Ребенок не наш, и ты не наша. Убирайся, пока я не вызвала полицию». Ирина смотрела на рассыпавшиеся по мраморному полу фотографии. На них она — в парке, смеется, прижимаясь к плечу высокого мужчины в сером плаще. Снимки были зернистыми, сделанными издалека, но ракурс был выбран так мастерски, что не оставалось сомнений: это свидание. — Елена Викторовна, это же мой брат... — голос Ирины сорвался на шепот. — Алексей приехал проездом на один вечер, я вам говорила...

Катя узнала о Лене в марте. Случайно. Как обычно — все узнают. Телефон Андрея — на столе. Экран — светится. Сообщение: «Скучаю. Когда увидимся?» Номер — незнакомый. Имя — «Л.». Катя — посмотрела. Прочитала. И — мир рухнул. *** Пять лет брака. Двое детей. Дом. Совместный бизнес. Всё — рассыпалось в секунду. — Кто она? Андрей — бледнел. — Катя... — Кто?! — Коллега. На работе. — Давно? — Полгода. Полгода. Пока она готовила ужины, возила детей, строила планы — он был с другой. *** Катя не кричала...

Игорь Семёнович проснулся в пять утра. Как всегда — в последние сорок пять лет. С тех пор, как случилось то, что случилось. Ирина спала рядом — ровное дыхание, мягкое лицо. Жена. Сорок шесть лет вместе. Она не знала. Никто не знал. Сегодня — седьмое января. Рождество. Сегодня он скажет. --- Игорь встал, прошёл на кухню. Поставил чайник. Руки дрожали — не от старости. От того, что предстояло. Сорок пять лет. Сорок пять лет он нёс это в себе. Каждый день. Каждую ночь. Он смотрел, как Марина делала первые шаги...

Они не разговаривали десять лет. Олег и Марина. Брат и сестра. Близнецы. Родились в один день. Выросли в одной комнате. Дружили — как никто. А потом — перестали. *** Причина — квартира. После смерти родителей — наследство. Старая трёшка в центре. Дорогая. Олег хотел — продать. Деньги разделить. Марина хотела — оставить. Память о маме. Спорили. Кричали. Угрожали судом. В итоге — продали. После трёх лет тяжбы. Деньги — поделили. Отношения — нет. *** — Ты предала маму, — сказал Олег на последней встрече...

Зинаида Павловна проснулась в пять. Как всегда. Сон в её возрасте — роскошь. Полежала, глядя в потолок, где трещина похожа на реку. Тридцать лет смотрит на эту трещину. Тридцать лет река течёт в одну сторону — к окну. Встала. Ноги ныли — к снегу. Накинула халат, тот самый, синий, с вытертыми локтями. Валентина говорит: «Выбрось, я тебе новый подарю». А Зинаида не может. В этом халате она провожала Колю на работу. В последний раз. Но о Коле думать не надо. Тридцать шесть лет прошло. Включила чайник...