Миллион долга, жена ушла, а в углу стоит рыцарь. Как я дошел до дна и принял главное решение.
Холодный металл обжег небритую щеку. Анатолий с трудом разлепил правый глаз. Левый почему-то слипся намертво. Металл оказался гнутой алюминиевой ножкой журнального столика. Во рту стоял такой вкус, словно ночью там сдохла, а затем медленно разложилась стая бездомных мышей. Он попытался опереться на непослушные руки. Пол качнулся, уходя из-под ног, как палуба старого баркаса в шторм. В висках пульсировала кувалда. Толя застонал, переворачиваясь на спину. Взгляд уперся в потолок с облупившейся побелкой у люстры...