Рассказы Андрея Творогова

Каждый солдат, попавший на войну, со временем мечтает вернуться домой, то есть, в мирную жизнь. Война простому солдату быстро надоедает. На войне могут убить, война может сделать инвалидом, война приносит лишения и страдания. К войне быстро привыкаешь, но она надоедает, хочется вернуться домой. И младший офицер тоже мечтает о мирной жизни, его тоже частенько убивают на фронте, хоть и реже, чем рядовых и сержантов, но убивают. А вот как только офицер перешагивает порог в старшие офицеры - война уже сулит для него не только страдания, но и возможности...

Это рассказ о двух днях войны, которая не война... Защитного цвета бензовоз долго стоял в очереди через пост. Очередь не двигалась. Водители хлопали дверцами, вылезали на пыльную дорогу, потягивались, вяло переговаривались меж собой, закрываясь ладонями от палящих лучей. Маленький вентилятор гонял в кабине прогретую воздушную пыль, но прохлады не давал. Сидякин тронул пальцем пластиковую балерину на торпеде, та заплясала на пружинке. И, казалось, вокруг опять вполне мирное время, просто жаркое...

-О, мужики, вы ещё не уехали, отлично! - к рэбовцам подбежал запыхавшийся Лялин, командир неизвестного звания и должности, по заявке которого они работали в этот раз. -Да грузимся ещё, на следующую заявку над спешить, - хмуро ответил Комаров, подозревая какую-нибудь каверзу. Нежданчиков он не любил. Но всё же спросил, как можно равнодушнее: -А что? -Ребята, нужно пробить коридор бойцу из серой зоны, выходит на позиции, его птицы заедают. -Когда? -Прямо сейчас, в сию минуту. -А сам не пробьётся? - с надеждой спросил Комаров...

В три часа ночи на электронных часах Рыжего заиграла мелодия. Но он её не слышал, потому что сладко спал, завернувшись в одеяло. Перед рассветом всегда сладко спится и не хочется вставать. — Да выключи ты свои дурацкие часы! — недовольно пробурчал Футболист, но вставать тоже явно не спешил. Рыжий не отвечал, он спал, а мелодия играла. — Всё равно пора вставать и собираться на задачу, — лениво подал голос Сокол. Он громко зевнул и зажёг свечу. — На задачу, на задачу, — подал из своего угла голос Лапшин...

Сначала у Хулигана был позывной Транзистор (он когда-то работал на радиозаводе, да и вообще разбирался в этом), но после того, как гребни прорвались на одном участке, и нагло выкатились на грунтовку колонной танков и бронетранспортеров, а он их жёг и жёг до тех пор, пока от колонны не остались одни железные почерневшие головёшки, командир Бала позже ему сказал: "Ну ты красавчик вообще, нахулиганил так нахулиганил, не ожидал от тебя, ну ты хулиган, в натуре!" — и он стал Хулиганом. Это была первая его командировка и в том бою он с напарником уничтожил шестнадцать единиц вражеской бронетехники...

Был такой хороший парень, Димка. Сидим как-то с ним на островах, противник насыпает, а он кричит мне "Нафига это нужно?!". "Что нужно?" кричу я в ответ, не понимая. "Ну вот это вот всё, торчать на островах по пояс в воде и ловить прилёты?" отвечает он. А я не знал, что ответить. Честно, не знал. Есть БЗ, боевая задача, нас сюда на катере доставили уже после рассвета (рассвет мы обречённо встретили на воде, мотор заглох на подходе, Прапор матерился и возился с движком и, о чудо, запустил его), выгрузились...