Королевы и правительницы

7 января 1355 года. Коимбра. Монастырь Санта-Клара. Женщина стоит на коленях перед тремя вооружёнными людьми. Рядом — её маленький сын. Он вцепился в её платье и не отпускает. Вооружённые колеблются. Она не преступница, не шпионка, не ведьма. Она просто женщина, которую любит наследник престола. Но приказ подписан королём. Собственным отцом наследника. Колебание длится недолго. Меч опускается. Через пять лет эту женщину достанут из земли, наденут на неё корону и посадят на трон. А её убийцам вырвут сердца...

8 февраля 1587 года. Замок Фотерингей. Большой зал. Зимнее утро. Посреди зала сооружён помост. Плаха, обтянутая чёрным сукном. У очага — палач в маске. Двери открываются. Входит женщина сорока четырёх лет, высокая, прямая. Чёрное бархатное платье, белое покрывало до пят. На помост она смотрит спокойно. Девятнадцать лет она ждала этого дня взаперти — и готовилась к нему тщательнее, чем тюремщики. Она была королевой Шотландии с шестидневного возраста. Королевой Франции — в шестнадцать лет. Претенденткой на английский престол — всю жизнь...

29 декабря 1610 года. Чахтице. Венгрия. Святки. Ночь. По снежному склону к замку поднимаются вооружённые люди — палатин Дьёрдь Турзо с отрядом. Он двоюродный брат той, кто живёт за этими стенами. Он идёт к ней без предупреждения, потому что предупреждение всё бы испортило. Стражу задерживают. Двери взламывают. В письме жене, написанном через два дня, Турзо опишет, что увидел внутри: мёртвую девушку во дворе и ещё одну — раненую, умирающую. Он спросит у неё: «Кто тебя так изуродовал?» Девушка ответит: служанка Каталин и госпожа — вдова Надашди...

19 мая 1536 года. Лондон. Тауэрская зелень. Раннее утро. На лужайке внутри крепостных стен, там, где обычно гуляли придворные, за ночь сколотили помост. Невысокий. Без перил. На помосте — плаха, только плахой ей не придётся служить: из Кале, через пролив, выписан мечник. Король распорядился: меч вместо топора. Такой вот знак милосердия. Из часовни выводят женщину в сером платье. Ей около тридцати пяти. Три года назад её короновали в Вестминстере короной Святого Эдуарда — той самой, которую надевали только на правящих монархов Англии...

60 год. Британия. Женщину привязали к столбу на глазах у всего народа. Она была царицей. Это никого не остановило. Плети поднимались и опускались. Рядом стояли её дочери — им уготовили худшее, чем плети. Солдаты смеялись. Римские центурионы между тем описывали добро в царском доме. Выносили золото, скот, оружие. Всё, что нажил её муж за долгую и осторожную жизнь. Никто из римлян тогда не подумал о последствиях. Остров казался покорённым. Вдова казалась сломанной. Они ошиблись в ней. Дорого ошиблись...

Дело было в 945 году, в Киеве, на высоком берегу Днепра. В княжеский двор внесли тело убитого мужа, и княгиня Ольга встала рядом с гробом. У подола её платья держался маленький сын Святослав. Все вокруг ждали, что вдова будет громко плакать, как положено вдовам. Она не плакала. Она молчала и смотрела на ворота, за которыми уходила древлянская дорога. В тот день никто не знал, что эта женщина придумает месть, о которой летописи будут рассказывать тысячу лет. Князья собирали дань с покорённых племён, объезжая земли с дружиной каждую осень...