После шестидесяти — своя жизнь

«В твоём возрасте о мужчинах уже не думают», – рассмеялась дочь на моём юбилее. Гость у окна встал и назвал дату, которую знала только я – Мам, так от кого всё-таки цветы? Неужели у тебя появился тайный поклонник? Жанна подняла со стола большой букет и повернула его к гостям. Несколько человек засмеялись. Я тоже улыбнулась, но только по привычке. – Поставь цветы обратно. Какая тебе разница, кто их подарил? – Смотрите, она ещё и скрывает! Теперь мне точно стало интересно. Дочь была в прекрасном настроении...

– Оксан, только не сердись. Я сейчас в аэропорту. Людмила Павловна сказала это и сама удивилась, насколько спокойно прозвучал её голос. В трубке несколько секунд было тихо. – В каком ещё аэропорту? – В нашем. Через час посадка. – Какая посадка? Людмила Павловна посмотрела на большое окно. За стеклом медленно двигалась машина с багажными тележками, дальше стоял самолёт. До сегодняшнего дня она видела их только снизу. – В Калининград лечу. Оксана не ответила. – Ты меня слышишь? – Мам, ты сейчас шутишь? – Нет...

– Ба, ты это серьёзно купила? Только не говори, что собралась в автошколу. Костя стоял посреди кухни с раскрытой книжкой в руках и смотрел на меня так, будто обнаружил на столе инструкцию по управлению самолётом. Я молча забрала у него сборник дорожных задач, положила рядом с тетрадью и только потом ответила: – Не собралась, а уже записалась. Завтра первое занятие по теории. Внук засмеялся и сел напротив. Ему недавно исполнилось двадцать. Водительское удостоверение он получил весной и с тех пор...

– Мам, я сейчас стою у наших ворот, а какой-то мужчина красит их в зелёный цвет. Объясни мне, пожалуйста, почему он говорит, что дача теперь его. Галина посмотрела на телефон, потом машинально перевела взгляд на открытый балкон. За соседними крышами блестела полоска моря. До него отсюда было минут пятнадцать пешком, если не останавливаться у ларьков с фруктами. – Потому что я дачу продала, Андрюш. Сын не ответил сразу. На экране за его плечом было видно знакомый забор, старую сливу возле калитки и чужую стремянку...