Белые розы на чёрной футболке

Знаете, вот никогда не любил утро. Долгие годы утро открывало все неказистые углы, что покрывала ночь. Утро было серым и безрадостным, в то время как ночь представляла собой игру света и тени. Ночью была самая жизнь, а утро оголяло её, уязвляло и выставляла на всеобщее обозрение тех, кому его увидеть было не суждено. Но сейчас я сижу себе на своём любимом мосту, пью чай из полюбившейся мне глиняной кружки, смотрю на то, как радостно пляшут на воде солнечные зайчики и думаю... А ведь утро тоже может быть хорошим, если и ночь такой была...

Небо золотистое, я уже и забыл, когда видел его таким в последний раз. Спокойствие проходит по всему телу волнами, унося тревоги. Я больше не устал. Я могу дышать. Вдруг виду, как надо мной склоняется пожилая женщина. Лицо её землистое и морщинистое, как и руки с крючковатыми пальцами. Старушка сухая и крепкая, опрятная, хоть и в одеждах, которые, кажется, старше меня. - Здравствуй, - шепчу ей рвано. Иронично - я захлебнулся, а пить всё равно хочется. - Я искал тебя всю жизнь, но вот мы встретились, и я совершенно не рад...

В общем, мне приходится извернуться, чтобы выбраться. Буквально. Пока вся банда где-то ходит, а охраняющий меня у двери Крысюк сладко дрыхнет, прислонившись к стене, и храпит, как трактор, мне удаётся и бесшумно разделаться с рыбой, и тихо поойкать из-за больных крыльев, и уйти спокойно по своим делам. Надо будет потом позаботиться, чтобы несчастный уставший мой сторож не получил слишком серьёзный выговор. Вылетаю прочь из подвала, почти полпрыгиваю, делая размах для взлёта, хоть и вовремя вспоминаю о травме...

Потрясающе. Нет, серьёзно, мне хочется в голос рассмеяться, давно такого не было. Я продвигаюсь в сторону аптеки мелкими шажками. Идти-то я могу спокойно, с ногами нет проблем, но беда в том, что при каждом неосторожном движении крылья вспыхивают жгучей болью. И именно в таком состоянии меня находит Крысюк с прихвостнями. Длинный и тонкий, с неопрятным хвостиком и узкими раскосыми глазами, Крысюк представлял собой классического местного бандита. Ну, то есть строил из себя самого главного, но, по факту, ходил под куда более грозным мафиози - Рэтиганом Кёртисом...

- Ну, как вы? Убедились, что их незачем спасать? В себя прихожу уже в каком-то помещении. Вопреки всем канонам, свет не бьёт мне резко в глаза. Напротив, мерцает едва-едва, отсветы пляшут на стенах. Это свечи в витиеватых канделябрах. Пол холодный, каменный, возможно, мрамор, но, вероятнее, закос под него. На стенах - фрески со знакомыми, хоть и чуть приукрашенными событиями. Да, давно я в церкви не был. Никогда, по правде. Это не для нас место, мы иначе молимся. Само наше существование - молитва, если так подумать...

Собирался к местной мафии. Кажется, они опять придумали какую-то ерунду, типа, "пытать должника" или что-то вроде этого. Что мне там делать? Ну, его боль взять. И сделать так, чтобы выжил. Укрепить кости, прилить крови, добавить мужества. Только бы не потерял сознание навсегда. Однако, меня задержали. Она стояла под обидчиво мерцавшим фонарём. Роковая красотка в небесно-голубом платье. Как только местные мужчины слюни не пускали? Не нападали понятно почему - я эту защитную ауру издалека почувствовал...