Невестка и свекровь: «Вкус граната» — история одной семьи

Соседка говорила громко, как обычно, не заботясь, что кто-то услышит через тонкие стены. Слово «не один» повисло в воздухе кухни дольше, чем следовало. Раъно-опа быстро сменила тему, но было поздно — Лола уже всё расслышала. День складывался обычно — Лола готовила обед, разбирая купленные утром продукты, когда во двор заглянула одна из дальних соседок, чей сын, как выяснилось из разговора, недавно вернулся из Москвы, отработав там несколько месяцев на стройке в том же районе, где числился и Рустам...

Лола три раза перевязывала платок, прежде чем осталась довольна. Она сказала себе, что это просто аккуратность — на приём же идёт, не на базар в старом. Но руки предательски дрожали не от спешки. Неделя после первого визита к Отабеку прошла в привычном ритме — домашние дела, вышивка для Азиза по вечерам, редкие встречи с Нозимой у забора, — но где-то на периферии сознания Лола постоянно держала в уме тот самый контрольный визит, назначенный врачом «через неделю». Она принимала выписанные витамины...

Запах палёного риса Лола почувствовала раньше, чем услышала вопрос свекрови. Раъно-опа стояла у стола, скрестив руки на груди, и это означало, что допрос будет долгим. Лола молча сунула рецепт под клеёнку и бросилась спасать кастрюлю. Она вернулась домой позже, чем рассчитывала, — очередь в лаборатории оказалась длиннее ожидаемого, а потом ещё пришлось заглянуть в аптеку за выписанными витаминами, — и, входя во двор, сразу почувствовала неладное: из открытых окон летней кухни доносился отчётливый запах гари, смешанный с паром от готовящегося обеда...

Лола репетировала фразу про витамины ещё в маршрутке, слово в слово, как урок. Но в кабинете вместо привычного «на что жалуетесь» её спросили, когда она в последний раз спала больше пяти часов. Она растерялась — и вместо заготовленной лжи сказала правду. Поликлиника встретила её обычной для государственных учреждений смесью запахов — хлорка, старая краска на стенах, что-то отдалённо медицинское, — и длинной очередью в коридоре, где женщины разных возрастов сидели на обшарпанных стульях, обмахиваясь платками и обсуждая вполголоса свои и чужие недуги...

Комната качнулась перед глазами так внезапно, что Лола едва успела опереться на стол. Зёрна граната, которые она перебирала, рассыпались по клеёнке вперемешку с нитками для вышивки. Она сидела так, вцепившись в край стола, пока пол не перестал плыть. Вечер начинался обычно — Лола, закончив с ужином и вечерними хлопотами, устроилась у себя в комнате, чтобы разобрать очередную партию гранатов, купленных для домашнего десерта, попутно проверяя запасы ниток и обдумывая, сколько времени ещё потребуется на завершение текущего заказа...

Лола сама не заметила, как замедлила шаг у соседских ворот. Феруз, как обычно, поднял глаза — и, как обычно, начал было отводить их. Но на этот раз она заговорила первой, прежде чем он успел сбежать. Вечерело — то особое время, когда дневная жара наконец начинала отступать, а тени от заборов и деревьев вытягивались через весь квартал длинными синими полосами. Лола возвращалась от Нозимы, где они, пользуясь коротким окном свободного времени, успели обменяться новой партией готовой вышивки и парой слов о делах, и, проходя мимо соседского двора, увидела знакомую фигуру у ворот...