Истории любви и измен

Стук каблуков по мрамору, вздохи надежд за шелковыми портьерами, летаргия роскоши и дрожащая мысль: всё — не навсегда. История Ли Юйцинь — это определённо не сказка, несмотря на её приглушённое сияние у подножья трона. Судьба у неё странная, вычурная, изломанная: войти в мир Последнего Императора Китая, отведать изысканной жизни — и закончить путь совсем в другом мире, полном холода, одиночества, и, главное, молчания. Ли Юйцинь — четвёртая жена Пу И, но вовсе не той династии, что правит страной: она вошла в круг императорского быта, когда сам монарх был лишь тенью утраченной эпохи...

– Сколько длится женское счастье, если оно венчанное короной — и заковано в золотые оковы?.. Порой кажется: мечта о любви, блеске и власти — бессмертна… Но что, если всё это обернётся не блеском золота, а прохладой стали? Как долго длится такое счастье? День? Год? Вечность?.. Или — всего один вечер?.. Вы когда-нибудь останавливались и спрашивали себя: сколько стоит миг абсолютного, переливающегося всеми гранями счастья на пике человеческой судьбы? В детстве никто не рассказывает девочкам, что сказка может обернуться кашей из горя...

— Вот скажи честно, бывало ли у тебя ощущение, что твой ум тебя… будто наказывает? Что, чем умнее, сильнее и самостоятельнее ты становишься, тем труднее строятся отношения с мужчинами. Не потому что ты некрасива, не нежна, не умеешь смеяться и мечтать. А просто потому что — слишком умна. Слишком самостоятельна. Слишком. Парадокс. Казалось бы, XXI век — свобода, равенство, феминизм, инстаграм с миллионами мотивационных цитат. Но стереотипы живучи: «женщине не стоит быть слишком умной — это пугает мужчин!»...

Позолоченный век. Даже звучит пьяняще – словно хрустальный бокал с шампанским шелестит на летнем балу. Это было время немыслимых состояний, золочёных фасадов, бурных скачков на Уолл-стрит и пышных балов, где дамы мерялись бриллиантами, а мужчины – цифрами в банке. Нью-Йорк конца XIX века весь был соткан из гламура и нескромных амбиций. В центре парадного зала – семья Вандербильт. Символ успеха. Почти фетиш нового американского аристократизма. Но вот вопрос: что скрывается за этими фасадами?.. Легенда...

Мария Склодовская-Кюри. Одно имя – словно искра, за которой скрывается пламя. Женщина-молния, женщина-прорыв, женщина — чей взгляд умел пробивать сквозь лабораторные стены и устои веков. Когда произносишь её фамилию, даже спустя столетие, воздух будто наполняется напряжением. Ведь это имя—символ науки, отваги, дерзости духа. Первая женщина, получившая Нобелевскую премию. Первая — и единственная дважды лауреатка в разных областях! А сколько таких «первых» было у неё… Да всех не перечислить. Но сегодня? Давайте отбросим привычные разговоры о радии и полонии, о радиации и лабораторных буднях...

Скажем прямо — таких браков в истории русской литературы не было… и, кажется, не будет никогда! Гиппиус и Мережковский. Две фамилии, две искрящиеся тени Серебряного века. Он — Дмитрий Сергеевич, поэт-пророк, романист, с детства чахоточный интеллигент, пугливый перед толпой, но смелый в своих книгах. Она — Зинаида Николаевна, взрывная, резкая, замкнутая, с глазами, в которых пылали холод и страсть. Поэтесса, эссеистка, философ Серебряного века, истинная «декадентка». Сквозь шелест страниц и звон бокалов...