На Миуссах и Лесной

Эта история случилась во времена моей далекой юности, когда я жила на Лесной ул. в доме 22/24. В наш почтовый ящик попало письмо, адресатом которого был некто Зильберштейн И.С.. Воспитана я была и в семье, и в школе девочкой ответственной, к тому же уже вступила в комсомол. Я вспомнила про недавно прочитанный рассказ о мальчике, который вот так же получил письмо, адресованное кому-то неизвестному, долго его разыскивал. Когда разыскал, то оказалось, что оно послано человеком, которому требовалась срочная помощь, и мальчик вроде как спас его...

То было утро наших лет — О счастие! о слезы! О лес! о жизнь! о солнца свет! О свежий дух березы! Школа кончилась, но жизнь была впереди. 23-го июня отгремел выпускной вечер с походом на Красную площадь – всего-то около часа ходьбы от нашей школы на Миуссах до Центра. Этот вечер запомнится грустным окончанием: возвращалась одна. Но потом решили мы с Верушкой Ушаковой и Милой Фадеевой закончить школу походом по Подмосковью. В походы обычно водил нас Петр Фомич Горбатенко, литератор нашей школы. Вообще, он был широкой натурой, сильно напоминая мне отца...

В обоих строениях дома 61 после войны жили работники НКВД. Но в выстроенном еще до революции доме были высокие потолки, широкие кирпичные стены и подоконники, просторные комнаты, там и жили служащие более высокого ранга. Чины пониже жили во втором доме и называли первый дом «красным». Замыкает пространство двора кирпичное здание, в котором размещался гараж НКВД. Двор был загорожен и охранялся постовым. Обо всем этом в далеком теперь 2001 году мне поведала женщина по имени Марина, с которой я познакомилась на зимнем отдыхе...

Квартира на Лесной и ее обитатели Почти два года назад Московские истории опубликовали рассказ Ивана Туркина про его жизнь на Лесной улице в доме 22/24. Прочитала я его совсем недавно, и оказалось, что мы с ним жили в соседних квартирах, только я ко времени его рождения уже 6 лет как уехала в район Потылихи. К тому же он ровесник моему сыну. Но его маму, бабушку, дедушку и дядю я знала, а с дядей мы были ровесники, и моя семья приехала из эвакуации тоже в 1943 г. Примерно с этого времени я себя и помню, ну может годом позже...