Интересное в искусстве

Когда Высокое Возрождение сменилось маньеризмом, начался такой творческий шабаш, что даже инквизиция почувствовала себя как в музее современного искусства. Веронезе закончил «Тайную вечерю» с офигительным размахом. Даже Христос удивился бы, придя на такую «тайную» встречу. Пирушка и уйма народу самого разного пошиба. Апостолы на картине выглядели так, будто их только что выпустили из кабака, а место действия — роскошный дворец вместо скромного иерусалимского дома. Словно клип Ленинграда, а не религиозная живопись. Инквизиция решила разобраться, что за ересь творится на этом полотне и пригласила творческого деятеля пояснить, почему ему надоело жить. Веронезе кося под идиота пояснил, что, увы, таланта не хватило проработать пропорции, осталось много места, вот ему и пришлось заполнять как мог. Мол, добавлял всё, что под руку попалось: карликов, собаку, музыкантов, пьяниц. А что делать? Иначе заказчик не примет работу. И прокатило. Постановили, чтобы художник «исправил» картину в течение трёх месяцев со дня приговора за собственный счёт. Веронезе и тут выкрутился: он просто изменил название — вместо «Тайной вечери» сделал надпись на балке балюстрады: «Левий дал пир для Господа». Инквизиция вздохнула, махнула рукой и разрешила оставить как есть. Вот так Веронезе показал, что даже цензуру инквизиции можно обойти, если у тебя есть мозги и креатив. Художник может отжигать, а его за это не будут на костре сжигать!

Портрет Саввы Мамонтова, кисти Врубеля, весьма необычный. До сих пор, с момента появления, полотно вызывает споры и резко противоречащие разночтения. В искусствоведческой литературе нередко можно наткнуться на безапелляционное мнение о том, что художник показал купца с жёстким, цепким взглядом и лёгкой надменностью. Прямо-таки олицетворение акулы бизнеса Российской империи. Другие же источники утверждают, что работы Врубеля ни в коем случае нельзя относить к социальной иллюстрации, а уж тем более портрет его друга и благодетеля. Я с этим согласен, ибо образное решение и символы создают сложное произведение искусства, а никак не обычный купеческий портрет. Над головой Мамонтова художник изображает скульптуру "Плакальщицы". Соседство тёмной бронзы и светлого гипсового постамента создаёт динамичный контраст.  Портретируемый здесь показан через полярные цвета: черный и белый. Он будто сливается с фигуркой над головой: его положение вторит ритмом плакальщице, будто тоже состоит из ступенек; лицо словно высечено из камня. Мы видим ожившую скульптуру человека. Михаил Александрович отпускал всё "не важное", всё, что отводило в сторону от личности и психологического состояния человека.  Так почему же мрачные цвета в сочетании со скульптурностью? Мамонтов крайне тяжело переживал смерть сына Андрея, скончавшегося в 22 года. Плакальщица символизирует траур этого сильного человека. Он прячет от постороннего взгляда свою грусть, смотря дерзко и надменно. Однако, при всём величии, в его позе читается некоторая неловкость. Игра теней в человеке, находящемся в острых противоречиях, одиноко восседающего в своём тускло освещенном кабинете. Он словно статуя, возвышающаяся над зрителем. Памятник в портрете или портрет - памятник. Картина находится в постоянной экспозиции Третьяковской галереи.  Андрея Савича Мамонтова написал в образе Алёши Поповича Виктор Васнецов в картине "Богатыри".