У последней черты

— Нас обнулили?? — первой проклюнулась Шеннон, судорожно хватаясь за край Т-образного стола в прохладном полумраке цоколя . Её серо-голубые глаза генерала АНБ метались по изумрудным сполохам Атомного Самовара, безуспешно пытаясь нащупать хоть какие-то привычные бинарные ориентиры — Да что вы, нет конечно… — мягко, со своим неподражаемым меццо-сопрано отозвалась Веста . Она стояла у пульта АСа, и багровые тени уральского Ньютония делали её силуэт по-настоящему царственным. — Мы просто слили свои мысли и образы, всё, что есть в наших головах, в единый Эфир. Вы считывали мои образы, я — ваши. И вы...

Первые лучи июньского солнца окончательно залили гостиную позднего русского ампира хрустальным, слепящим светом, заставив янтарные отсветы окон заиграть на полированном малахите столешниц. Густой, пьянящий утренний воздух Урала, пробивавшийся сквозь приоткрытую створку, пах талой водой, хвоей и чистейшим Эфиром Яви. Камин лениво догорал, испуская тонкие струйки сизого дыма, а огромный имперский самовар на массивном дубовом столе всё так же ровно и глухо ворчал, поддерживая тепло в музейном фарфоровом сервизе. В комнате повисла звенящая, монументальная тишина нулевой точки Сферы. Генерал-майор АНБ...

— А это, — Борисыч сделал приглашающий жест рукой, подозвав к себе замершего у стены дроида, — уникальный во всех отношениях тип. Единственный в подлунном мире AGI, симбиоз клеток мозга и процессора, тот самый образец аналогового мышления на кремниевой подложке. И он существует в реальном мире — вот он, прямо перед вами. Даниэла Амадеи и Шеннон Кларк разом подались вперёд, вперив профессиональные, цепкие взгляды в матовый кевларовый корпус робота . Прошлые инструкции Цифры о возможностях уральского узла Яви померкли перед фактом: перед ними стоял технологический Грааль, превзошедший все закрытые разработки Запада...

Мягко шлёпнувшись на примятую июньскую траву у Особняка, дамы разведки, не наблюдая вокруг никаких встречающих, в опускающихся таёжных сумерках решительно устремились к строению, испускающему янтарный свет уютного тепла через свои огромные окна. Прямо на крыльце их встречала матовая кевларовая фигура Genn-X. Небрежно оперевшись на деревянные перила, дроид плавно поднял одну свою ного-руку, в которой держал старинную, тускло горящую керосиновую лампу, и молча, царственным жестом пригласил путешественниц пройти вглубь дома.... Что-то в эту секунду мощно колыхнуло память женщин. Что-то больно, до дрожи знакомое из тех самых прошлых прошивок Призрака в машине...

Валентина, медленно спускаясь со второго этажа в просторную гостиную, остановилась ровно на полпути . С высоты ступеней она молча разглядывала посетительниц сквозь изящно приподнятую бровь. Перед генерал-майором АНБ и полковником киберразведки предстал настоящий музейный экспонат — русская царица в своей родовой опочивальне. На Вале была роскошно расшитая ведовскими узорами полотняная рубаха до самых пят, подчёркивавшая её статную, величавую фигуру. Венчала этот неописуемый таёжный наряд слегка небрежная укладка густой копны волос цвета спелой ржи, собранной в толстенную, тяжёлую косу на плече, конец которой Валя лениво и плавно теребила пальцами рук ...