Рассказы

Это был третий труп, который Иван Иванович Берестов закапывал на своём дачном участке. В земле между цветками остро-желтых астр и зарослями всемогущего репейника лежало тело молодой женщины. Её белокурые волосы раскинулись на муравьиной куче, лицо смотрело на запад, где уже появились первые лучи заходящего солнца, глаза закрыты... Розовое платье, местами изорванное, едва прикрывало стройные ноги. Оно ярким пятном отсвечивало на плодородной, жирной земле. Иван Иванович в это утро совершил титаническую...

Маленький ежик торопился домой. Он хотел успеть до дома, пока солнышко еще было в небе. Топ-топ-топ – бежал он по узкой земляной дорожке. – Запыхался я совсем, – сказал ежик. – Кто тут? – вдруг услышал он в ответ. – Ежик. Я спешу домой. Солнышко вот - вот скроется за горизонтом, а я все еще далеко от дома… – А где твой дом? – скрипнул тонкий голосок. – Мой дом на том берегу реки… Ежик посмотрел на клонящееся к земле солнце, на речку и громко вздохнул. – Я не успею…. – Если будешь сопеть и вздыхать, то точно не успеешь...

− Не бойся, он не найдёт тебя, − громко сказала сама себе Бахор. И слова её эхом отразились в тишине ночной комнаты. Бахор оглянулась, словно здесь был кто-то ещё, бережно погладила свой живот, и ощутила на себе едва заметное прикосновение тёплого ветра. За окном расстилалась майская ночь. Пейзажа практически не было видно – луна скрылась за облаками, спрятав во тьме маленький посёлок. Несмотря на долгое ожидание и темноту, молодая женщина успокоилась, приняв за благополучный знак внезапное колыхание белой тюлевой занавески...

- Ко-ко-ко, - кудахтала рыжая, с черными вкраплениями, курочка. – Ко-ко-ко, - повторяла она вновь и вновь, медленно прохаживаясь взад и вперед по зеленой лужайке. – Ко-ко-ко, - как заклинание твердила она низким гортанным голосом. И вдруг случилось невероятное: куриное безмозглое «Ко!» стало преобразовываться в слова, еще не совсем ясные, но человеческие слова! В куриной глотке что-то забулькало, заклокотало, как будто птица подавилась и старалась выплюнуть мешающий ей предмет, она закашлялась и...

Сара заметила это в четверг вечером. Зеркало Марк привез во вторник, сказал, что нашел его на блошином рынке, похвалил золоченую раму, которую в будущем обязательно переделает, и упомянул о смешной цене, которую он через пару месяцев при удачном раскладе превратит в совсем даже не смешную. Саре уже было не смешно. «Полный бред! Никто не поверит! – смеялась она над собой. Но стоило ей вспомнить, как волна неприятного холода прокатывалась от низа живота и ударяла куда –то в самый центр мозга, вызывая...

Смеркалось. На лавочке в центре парка лежал бомж неопределенного возраста. Он расположился на ней еще до заката, подготовив все, что нужно для комфортного сна: несколько картонок, выполняющих роль матраса, газету, как обязательное чтиво перед погружением в царство грёз, и бутылочку пива, уже открытую кем-то, но практически полную. Солнце позолотило макушки сосен и елей, чинно стоящих вокруг скамьи, стихал городской шум – его уносили с собой последние посетители парка, загорелись лампы. Петя улегся поудобнее, так, чтобы неясный свет фонаря доставал аккурат до газеты, развернутой в его руках...