Гримуары Рыжего

Балкон — это граница мира. Не просто бетонная плита с обледенелыми перилами, а Рубикон, за которым кончается территория тепла и начинается Царство Стихий. Там правит Ветер — слепой, безумный бог, который не знает вкуса паштета и не чтит иерархию. Мы, коты, редко смотрим туда. Зачем? Там нет мягкой лежанки. Там нет теплой батареи. Там только бесконечное, бессмысленное движение воздуха, несущее запахи гнили, мокрого асфальта и чужого страха. Но сегодня ветер принес мне знамение. Я стоял у окна, как часовой на Стене...

Пустота. Это не просто отсутствие гранул на дне моей чаши. Это состояние материи. Это черная дыра в самом центре моей маленькой вселенной, вокруг которой вращаются комоды, стулья и двуногий великан. Я сижу перед ней уже час. Сорок семь минут, если быть точным — я отсчитываю время по пульсации вен в левом ухе и по медленному, тягучему движению пылинок в луче умирающего солнца. Моя миска стоит на привычном месте, у ножки холодильника. Это алтарь. Гармония, которую греки называли «космосом». Но внутри — Ничто...

Ночь опустилась на Проклятые Земли Кухни. Лунный свет, холодный и равнодушный, сочился сквозь грязное стекло балконной двери, заливая линолеум призрачным серебром. В этом мертвенном сиянии, на вершине своего зиккурата — холодильника «Атлант», возлежал Он. В миру его звали просто «пушистые лапки», но в час Великой Охоты он был известен как Барсик Неудержимый, Разоритель Диванов, Тот-Кто-Сбрасывает. Его шерсть, обычно напоминавшая старый носок, сейчас стояла дыбом, превратившись в боевую гриву. Зеленые глаза горели, как два призрачных изумруда, в которых навсегда утонули надежды мышей...

Я лежу на вершине Олимпа. Мой персональный Олимп - это верхняя полка книжного шкафа, прямо над собранием сочинений Булгакова. Символично. Там, внизу, в гравитационной яме продавленного кресла, вальяжно раскинув руки сидит мой двуногий. Он спит. Это его основное состояние, второе после «бездумного скроллинга ленты». Нижняя челюсть отвисла настолько, что я всерьез опасаюсь за сохранность его подбородка - того самого места, где у нормальных млекопитающих растет шерсть, а у него пористая кожа, напоминающая лунный ландшафт...