Эверест. Восхождение на гору Мира

Базлагерь – не просто условный значок на карте. Это последний остров относительной безопасности, грозный страж на пороге мира, где дышать – уже подвиг. Отсюда рвутся ввысь и сюда, израненные высотой, возвращаются все те, кого манит недосягаемая крыша планеты...

Акт ожидания на горе способен растворить разум. Он вымывает из мыслей все, кроме самых простых и самых страшных образов. Лежа в тишине, которая после встречи с Халидом и Пэмгмой казалась уже не пустой, а населенной, я вдруг вспомнил другую тишину...

Последующие часы слились в одно слепое, безмысленное ползание вверх. Вкус меди и стыда во рту притупился, растворившись в полном истощении. Даже эхо моего крика потонуло в оглушающем гуле собственной крови в висках...

Спал я урывками, погружаясь в липкое тревожное забытье, полное обрывков видений: я снова падал в трещину, слышал шепот Пэмгмы («Ледник не видит тебя») или стоял перед той самой сияющей фигурой в белом, но ее лицо оставалось скрытым...

Ледник подо мной тихо скрипел, напоминая о своем вечном, безразличном движении. Воспоминание о Майе растворилось так же внезапно, как и пришло, оставив после себя не боль, а странное спокойствие. Оно было доказательством, пожалуй, еще более важным, чем разговор с Халидом...

— Йети... — прошептал кто-то сзади. Голос принадлежал Петру, всегда такому несгибаемому, но сейчас он дрожал, как ледяная струна. — Смотрите... Йети не хочет нас отпускать. Я медленно, боясь поверить, обернулся...